Стань Звездой!

— Может, не будем меня ничем тыкать? — протянул Курт хрипло. — Ну, по крайней мере, ничем металлическим?..

— Думаю, не стоит,  — согласился с ним Эрик. — Просто немного помассирую.

— Ты не знаешь, от чего отказываешься, — покачал головой Зак. — Не будет у тебя так, как у меня. Сработает правильно, и расслабишься.

— Я уже расслабился, — возразил Курт, ставя подбородок на сложенные ладони, отзеркаливая позу Камерона. Теперь между кончиками их носов едва ли была пара сантиметров. — Давай сначала тебя иголками потыкают, а я на это посмотрю — настолько ли это здорово как ты рассказываешь.

"— Если ты на меня посмотришь, то на следующий день иголки нам придется вставлять сам-знаешь-куда, — фыркнул Зак. — Причем, я так думаю, обоим.

— А я вряд ли смогу встать с кровати, — добавил Эрик. Он набросил на ноги Курту плед и теперь неспешно мял его плечи. — Полежи минут десять, и можешь идти ужинать, — сказал, расправляя плед, чтобы укрыть Курта целиком. — Кофе только не пей.

Тут у Камерона зазвонил телефон.

— Я тоже буду ужинать! — сказал он быстро и, похлопав Курта по спине, ушел разговаривать в сад.

Льюис с улыбкой проводил его взглядом, а потом покосился на Эрика.

— Отличные руки, — сказал он с восхищением. — Сильные, уверенные. Нежности только в тебе маловато, — добавил, отчего-то довольно щурясь.

— Ты первый, кто на такое пожаловался, — Эрик погладил Курта через плед от загривка до задницы, потом вспомнил, как вчера тот массировал ему голову и запустил пальцы в светлые, коротко остриженные волосы, мягко касаясь кожи.

В его жизни обычно было не до нежности. От отца нечего было и ждать одобрительного слова или хлопка по плечу — скорее зуботычину или окрик. Мать большую часть жизни была погружена в себя и не замечала сына. В школе приходилось регулярно пускать в ход кулаки, стирая с лиц усмешку из-за потрепанной одежды и худобы.

— Ммм… — промычал Курт благодарно. — Давай разложим так Зака? — предложил так, будто речь шла об омлете на завтрак. — Я его подготовлю и расслаблю, а ты — войдешь в самое нутро своей железной хваткой.

Член встал быстрее, чем Эрик сообразил, что Курт говорил не о сексе. Картинка, успевшая отпечататься в мозгу, была слишком греховна, чтобы ей поддаться, и слишком хороша, чтобы отмахнуться.

— Можно попробовать, — ответил Эрик, мягко касаясь активных точек за ушами Курта, больше лаская, чем стимулируя. — Я нашел его сегодня в зале, — он понизил голос. — И нагрузка была явно огромная.

— О, — кажется, Курт не был удивлен.