Стая

– Я опять что-то сделал не так…– Паренек расстроено вздохнул. Ну вот, сейчас локки-отступник начнет распекать его за расточительство дорогих зелий. – Простите, учитель… Я не знаю, что случилось. Задумался и…

– И опять о ней, – закончил за него Уоз, кашляя в кулак, чтобы скрыть ухмылку. Лай покраснел. Учитель покачал головой. – Ну когда же ты поймешь, что шакти нужно забыть. Уясни – она сейчас просто щенок несмышленый! Но, когда подрастет, станет другой… совсем другим человеком. Да, вчера Кота нам помогла, но завтра, если встретит кого-нибудь из локки, – даже отступника! – то, не задумываясь, разорвет на куски.

И романтические воспоминания не дадут никакого преимущества. А вот знания – дадут!

Лай судорожно сглотнул, переводя растерянный взгляд голубых глаз на чуть удивленное личико девушки. Словно в тумане он видел черные глаза, полные холодного любопытства, неровно обрезанные пряди волос, иронично изогнутые губы. Кота стала чуть выше и… обрела формы. Даже жесткая ткань расшитого золотом камзола не могла скрыть женственные очертания груди, тонкую талию и округлые бедра.

Но видимая мягкость линий лишь подчеркивала жесткую стать прямой спины, безжалостные складки в уголках губ и циничный прищур глаз.

Но, несмотря на внешние изменения, он ощущал, как теплая волна нежности поднимается из глубин сердца.

– Ты стала… совсем другая, – хрипло прошептал Лай. – Такая холодная и… прекрасная…

Как во сне, он шагнул вперед и протянул руку, почти коснувшись щеки Коты.

Горбун, которого ранее загораживал Лай, бросил на девушку удивленный взгляд и застыл. Смертельно побледнев, попятился и, запнувшись за железный шлем, брошенный ранее Лаем, беспомощно взмахнул руками. Падая, слуга неловко подцепил забрало носком туфли, нечаянно подбросив шлем в воздух. Озадаченная Кота проследила взглядом за тем, как тот железным снарядом рухнул прямо между глаз оступившегося горбуна.

Лай вздрогнул и оглянулся. Наваждение рассеялось. Горбун стонал, потирая распухшую переносицу, и отчаянно моргал, бросая на Коту взгляды бешеной лошади.

Та же иронично усмехнулась и пнула шлем в сторону. Перед юношей стояла бесстрастная и жестокая воительница, лишь немного напоминающая ту слегка наивную девчушку с широко распахнутыми глазами, которая приходила к нему во сне.

– Любопытно, – неопределенно хмыкнул Солдес, переводя взгляд с одного на другого.

– Так ты – наследник харцской короны? – изогнув смоляную бровь, уточнила Кота.