Принцесса для киллера

Аврору перед собой вижу.

– Ты меня слышал, Джокер, ее здесь быть не должно.

– Папа…

Слышу шепот.

– Будет сопротивляться – связать.

Глава 48

Мэри Кац

Страшный приказ отца бьет наотмашь.

Он хочет убить Даню?! Невиновного?! Убить ни в чем неповинного человека, чтобы сделать больно его отцу?!

Боже. Я в аду. Я в пекле, жарюсь на костре.

Мама… ты мне так нужна. Твое тепло, ласка, любовь.

Джокер оборачивается ко мне. Передо мной убийца. Бесчувственный монстр. Одно сплошное хладнокровие.

Я в пекле, а рядом одни чудовища… Страшные, жестокие, привыкшие отнимать жизнь по щелчку пальцев.

Больно, как же мне больно…

Я плыву в ядовитом океане. Обугливаюсь от кислоты, которая разъедает всю меня, а перед глазами вспыхивают картинки.

Вижу угловатого парня с острым подбородком, он протягивает салфетки, а потом, не видя отклика, сам наклоняется и начинает аккуратно протирать мои окровавленные колени.

– Я – Дэн…

Боже…

Пячусь, отступаю. Разворачиваюсь и бегу прочь. Меня тошнит. Рвотные позывы сотрясают, но желудок пуст.

А перед глазами мой друг, первая детская влюбленность. Парень, с которым мы часами просто говорили, ну или я болтала без умолку, а Дэн слушал и задавал вопросы. Начитанный, умный, обходительный, крайне спокойный. Полная противоположность взрывной мне:

– Ри, малышка, я скучал…

Красивый, чуть смущающийся Дэни протягивает мне букет. Ромашки. Не дорогущие розы с шипами, а самые простые белоснежные цветочки, которые я сжимаю в руках и смотрю на парня, который вырос вместе со мной.

– Спасибо, Даня… неожиданный выбор.

– Знаешь, что эти полевые цветы самые надежные, самые стойкие оловянные солдатики?

– Эм… Что ты имеешь в виду?

Удивленно смотрю в красивое, немного отстраненное лицо. Дэниэл замкнут, но вместе с тем со мной он кажется другим, открытым.

– Где-то читал, что они борются за свою любовь до последнего лепестка, пока не упадут обрубленным стеблем к ногам мучителя…

– Это страшно, Дэн, у меня от твоей истории сердце дрогнуло…

– Жизнь вообще невеселая штука, Ри…

В глазах темнеет.

Яркой алой вспышкой вспоминаю разговор. Наш последний разговор с Дэном.

– …Я хочу тебя увидеть.

– Дэни…

– Что, малыш?

– Я не смогу. У родителей будет годовщина, и мы хотим провести вечер в “Беладжио”.