Пленница тирана

Так нет же! Совсем, на хрен, один!

Да после такого армию с собой брать нужно и до зубов вооружиться, к войне готовиться!

Ни хрена не пойму, — больной он? Смертник или психопат?

И по газам луплю со всей дури, когда вижу, как Альбинос стрелять начинает. Я же, блядь, при всем желании не успею и сделать ни хрена не смогу!

А этот больной даже не дергается, идет на Альбиноса и сигареткой затягивается. Бляяяяяя!

Вот такого — ни хера ни в одном кино не увидишь!

Сам не понимаю, почему, — а запрокидываю голову и начинаю хохотать.

Вот это, блядь, — адреналин! Вот это — бекрышность! Такая беззастенчивая наглость, — что, блядь, только и остается, что восхищаться! И понимаю, — не зря про Тигра говорят, что его пули и смерть боятся! Вот приехал бы с людьми, — реально война бы сейчас началась! А от такой бескрышной выходки даже сила большая пятиться может начать!

И, блядь, — глазам не верю, — Альбинос, за спиной которого таки маленькая армия, — реально пятиться начинает! Шаг назад, второй, — а Тигр все так же прет прямо на него, вперед, с голыми руками, в которых одна только сигаретка и с простреленным плечом! Бляяяядь!

Нигде такого не найдешь, не увидишь, — только, мать вашу, на Руси-матушке! Где богатыри одной силой духа полчища на хрен сносили! Где вот такие, на всю голову больные, без всякого страха переть против стволов будут!

И вот от таких вот, — жизнью пахнет! Той самой, блядь, живой, — в которой нет компромиссов, не договорняков, нет рациональных выборов! В которой все просто, — либо по-настоящему, напролом, и себя не предавать, — либо на хрен все не нужно!

И все мои сомнения по поводу того, чтоб отсидеться в сторонке — заканчиваются на раз.

Блядь, — я таки хочу глотнуть этого сумасшедшего воздуха! Напиться им хочу, — а иначе просто сдохну в скучной коробке экономических расчетов!

Да хотя бы ради того, чтобы дурака такого увидеть и руку ему пожать, стоило сюда приехать! А вот Маниз, сука, хоть помощь и обещал, — а таки в сторонке решил отсидеться!

Хотя, — все здесь понятно, — иначе до старости не дожил бы, если бы так собой швырялся.

Втапливаю на максимум, не дожидаясь, пока свои догонят, — и уже через пару минут выхожу, становясь рядом с этим, блядь, больным.

— А ты каким боком? — ко мне разворачиваются оба.