Жена неверного маршала, или Пиццерия попаданки (СИ)

Теперь у Бертоло и Миши была пиццерия, с помощью которой они могли заработать на жизнь.

Мое же время здесь, как я чувствовала, подходит к концу.

Предчувствие чего-то плохого накатило и не отпускало.

Один раз я даже сходила в храм Астреи, принесла на алтарь свежую пиццу и всякие сладости, как у них тут было тут принято. И долго стояла перед этим алтарем, вглядываясь в суровое лицо статуи богини справедливости.

Не знаю, на что я рассчитывала…

На какой-то знак. А, может, разрешение остаться в этом мире, в теле Манон Альберон?

Не знаю.

Неясная тревога не оставляла меня.

Хорошо хоть, удалось отвлечься на Мултона ла Вара, который завалился в пиццерию со своими очередными претензиями по поводу законности нашего бизнеса.

Бог мой, с каким же удовольствием я ткнула ему прямо в морду патент, подписанный рукой самого императора!

Пожалуй, это было сравнимо только с испытанным мною в карете над небом Орлиана…

Вообще-то нет.

С этим ничто было несравнимо…

Насчет патента можно было выдохнуть и расслабиться, но теперь появилась задача поважнее – поручение императора, которое я должна была выполнить.

Времени оставалось не так много, и я усиленно писала план, чтобы не пропустить какую-то важную мелочь.

Но тут в наш «Уголок пиццы» снова пожаловали гости. Да такие, что мне пришлось отложить все свои бумажки.

Это был не кто иной, как дедуля Сильвестр в окружении своей свиты из помощников, учеников и слуг.

Разумеется, не обошлось без кузин Миреллы, Ардин и кузена Тимоти.

Очень помпезная делегация!

В самых последних рядах свиты дедули Сильвестра я углядела того самого дядечку с седым ирокезом, который когда-то вручил мне свою визитку, что я так опрометчиво выронила из кармана.

На этот раз он был в синем бархате.

Заметив мой взгляд, он легонько улыбнулся и чуть поклонился.

Едва эта напыщенная разодетая компашка ступила в зал, я поняла – не к добру.

Но прогонять этих товарищей на виду остальных посетителей пиццерии было нельзя, поэтому пришлось играть гостеприимную хозяюшку.

– Дедуля Сильвестр! Чем обязана? Желаете попробовать пиццу?

Взгляд родственника задержался на моем лбу, где светился месяц, после чего Сильвестр проговорил:

– Да, желаю. На твое, с позволения сказать, кафе поступила заявка о присвоении ему звезды Пашлена. Разумеется, это полная нелепость – давать звезду какой-то забегаловке. Но если ты так сильно хочешь прилюдного позора – изволь. Кстати, моя рецензия на твое кушанье будет напечатана во всех завтрашних газетах.