(Не) люби меня

Повозка мерно покачивалась, унося меня, прочь от монастыря святой Магдалины, и вскоре мы с Ланвен заснули, прижимаясь, друг к другу, чтобы было теплее."

"Утром следующего дня, когда мы остановились на короткий привал, мне пришлось выдержать две непростые битвы. Во-первых, Ланвен пришла в ужас, когда увидела, что я обрезала волосы, и я долго утешала ее, убеждая, что волосы — это не честь, и потеряв их, вполне можно разжиться ими снова. Во-вторых, сэру Стефану не понравилась моя идея отправляться на спасение его величества.

— Это невозможно, — говорил он хмурясь. — Нас всего трое, а короля охраняют в доме на озере около десяти человек.

— Он ранен, они ранили его, — сказала я. — Но почему-то не убили сразу…

— Наверное, ждут, как пройдет коронация, — сказал сэр Стефан. — Опасаются, что начнутся новые волнения. У его величества много врагов, но и много сторонников.

Вдруг потребуют, чтобы им показали живого короля? Или не захотят короновать принца? Пока король жив, многие побоятся начинать смуту против его сына.

— Надо его освободить, — сказала я твердо. — Вы не имеете права бросать своего короля в беде.

— Нам было приказано защищать вас, — возразил мне рыцарь. — За безопасность его величества были ответственны другие.

— Не верю, что вы сразу бросились спасать меня, даже не попытавшись спасти его.

— Мы хотели взять дом штурмом, — нехотя признался сэр Стефан. — но опасаемся, что тогда они могут убить короля. Они все время сидят в доме, а дом там — почище крепости.

— Надо хотя бы попытаться, — я не могла признать, что мы проиграли заведомо. — Я попробую выманить их к озеру, а вы держите наготове арбалеты.

— Мне уже не нравится, — признался сэр Стефан.

— А вам всегда все не нравится, — сказала Ланвен, колдуя над котелком, в котором кипела похлебка. — И разговаривать с вами… как грызть перечный сухарь!

Выпад был лишен деликатности, но, несмотря на вовсе не веселую ситуацию, я поднесла руку к лицу, пряча улыбку.

— Вам бы лучше помолчать, женщина! — сказал он, наконец.

— Я честная девушка, к вашему сведению, — огрызнулась она. — И всегда говорю только то, что думаю. Миледи хочет спасти его величество, а вы упираетесь.

— Я забочусь о ее безопасности, — сдержанно возразил рыцарь.

— Конечно, — ядовито ответила Ланвен, воинственно перехватив ложку.