Малец

Не получилось, боевой друг резко отпрянул к краю дороги и из-под копыт на обочину покатился местный паренек.

— Зашиб! — Мелькнула мысль, но кинуться на помощь он не мог, надо было убираться подальше от пожара, иначе он коня не удержит. Уже уходя дальше по улочке, Степан обернулся, паренек возился на земле и пытался подняться. — Нет, вроде живой, — успокоился казак.

Утром воеводу подняли как только рассвело:

— Афанасий Тимофеевич, вставай, беда у нас, — легонько толкнули его в плечо.

— Что? Чего случилось? — Тряхнул головой воевода, прогоняя сон.

 — Я же сказал, пусть гонец дьяку доложит.

— Да тут другое дело, — возразил сторож, — выходит Лисье-то не просто так сгорело, подпалили его, чтобы казаков отвлечь.

— Отвлечь? — Подскочил Афанасий, — зачем?

— Оказывается Петрушка Иванов с ясачными бурятами, вчера вверх по Иркуту табун угнал. В Тунку прорваться хочет, а дальше в Монголию уйдет.

— «Ага», — думал воевода, — «теперь все стало на свои места, этот поверстанный из бурят казак давно на смуту здесь подбивал, сначала-то на должность метил, а как не получилось, решил к монголам переметнуться.

А для того чтобы кисло не жилось, решил с собой табун острожный и ясачных бурят увести. А вот хрен ему. И плевать что он из знатного рода, на воротах места хватит, пусть повисит, тать, в назидание другим пару дней у северных ворот. Ишь, измену удумал».

— Вот что, кликни Демида, — распорядился Афанасий, — пусть казаков собирает вдогон. Может, весь табун и не вернем, но Петрушку вернуть надо.

Казаки нагнали табун к концу второго дня уже на выходе в тункинскую долину, понимая, что сбежать не удастся, Петрушка принял последний бой. Беглецы оборонялись отчаянно, но преследователи, пользуясь своим преимуществом в численности, продавили строй более опытных воинов, а дальше все сражение свелось к погоне за сыпанувшими в разные стороны бурятами и сбору распавшегося табуна. К сожалению, вся схватка произошла уже под вечер, поэтому многим ясачным удалось уйти, и вместе с ними ушла половина угнанных коней.

Преследовать их казаки не стали, во-первых: трофеи с общественного табуна не возьмешь, все придется отдать за так; а во-вторых: свою основную задачу они выполнили, а гнать по Тунке остатки до самой Монголии, ввязываясь в стычки с местными, сил не осталось — все-таки два дня спешки лесными тропами сказались.

* * *"

"Блииин, холодно-то как, и мочевой пузырь переполнен, еще немного и все потечет прямо в штаны, надо срочно отлить.