Плохие намерения

Он здесь… будь к нему добрее, ладно?

Я не мог больше ждать ни секунды. Ее было слишком много, и она видела меня слишком ясно. Я наклонился и прижался губами к ее губам — целомудренный поцелуй, учитывая все, что мы делали вместе, — но это было так интимно, как я никогда не испытывал раньше. Никто из тех, кто когда-либо по-настоящему видел меня, никогда не хотел меня. Никто, кроме нее.

Она отстранилась, когда поцелуй стал глубже.

— Мне нужно перевязать тебе бок. Тебе повезло, нож вошел не слишком глубоко.

Лили отошла, и потеря ее мягкости была подобна физическому удару.

Она взяла со стойки еще одну миску и поднесла ее ко мне. Внутри лежали марля и скотч.

— У тебя хорошо получается, — заметил я, пока она перевязывала мой бок.

Она пожала плечами.

— Я работаю здесь уже много лет и хорошо запомнила основы… ну, основы работы с животными, но все же.

— Ты называешь меня животным? — поддразнил я ее, но она вздрогнула, и я понял, что она вспомнила слово на моей спине, которое вырезалось из раза в раз на теле испуганного мальчика.

— Ты поэтому так расстроился… когда я назвала тебя паразитоидом? — тихо спросила она.

Я кивнул.

— Думаю, это попало слишком близко к цели, хотя ты не могла знать.

— Если бы я просто назвала тебя придурком, как нормальный человек… возможно, между нами все было бы по-другому. Мы были бы просто незнакомцами друг для друга. Людьми, живущими по соседству… наши миры пересеклись бы, но никогда не столкнулись.

Она похлопала по аккуратной сухой повязке, которую наложила на мою рану.

Я схватил ее за запястье, прежде чем она успела отвернуться.

— Нет, ты ошибаешься. Нам с тобой было суждено стать не просто незнакомцами. Мы всегда должны были стать чем-то большим. Мы были рождены, чтобы столкнуться.

Она уставилась на меня, ее зеленые глаза были такими же яркими, как всегда. Я хотел забрести в этот милый, спокойный лес и жить там вечно. Затем она зевнула, и я понял, насколько она, должно быть, устала.

Я кивнул и встал, бок теперь лишь немного побаливал.

— Пойдем, Веснушка. Я отвезу тебя домой.

37. Лили

Лежа в постели, я наблюдала, как лунный свет скользит по потолку. Я потрогала пластырь на шее, прикрывающий место, куда Джек давил ножом. К счастью, порез был небольшим, несмотря на то, каким страшным он казался в тот момент. Родители даже не увидели пластырь телесного цвета на моей шее, под волосами. Синяки Кейдена были намного заметнее, но они были более чем привычны к травмам хоккеистов.