История (не)любви

Придется тебе на время разлучиться с любимцем.

Карета остановилась у скалы. Мы вышли, а сверху спустился подъемник. Я впервые встретила такое приспособление. Оно казалось ненадежным. Продуваемая со всех сторон площадка, закрепленная на канатах, которые где-то там наверху вручную тянули монахи. При помощи рук и ног взбираться на скалу и то безопаснее.

Но лэйди спокойно ступила на подъемник и поманила меня. Я встала рядом, вцепившись ей в руку. Наверное, после моей хватки у нее останется кровоподтек, но я ничего не могла с собой поделать.

От страха я едва не лишилась чувств. В сознании удерживала мысль: если упаду в обморок, точно свалюсь с подъемника и разобьюсь.

Поднимались медленно под скрип деревянного механизма. Чудилось, он стонет, как раненное животное, и вот-вот развалится, утянув нас за собой.

— Монастырь вырублен в толще скалы, — отвлекала меня разговором лэйди. — И то, что вход расположен на высоте, не случайно. Это делает монастырь неприступным.

Я не представляла, кому и зачем нужно захватывать монастырь.

Но женщина объяснила, что внутри хранятся несметные богатства. Среди лэрдов принято перед войной просить у богов гор победы. А в знак благодарности, если война выиграна, они дарят часть добычи богам. В закромах монастыря настоящая сокровищница. Многие не прочь ими поживиться.

После этой новости монастырь показался мне еще более неуютным, а священнослужители – драконами, сидящими на золоте.

Наконец, подъем закончился, и двое монахов в рясах помогли нам перебраться с подъемника на твердый камень скалы.

Это тоже стало испытанием. Надо было преодолеть провал шириной в хороший мужской шаг. Я, стараясь не смотреть вниз, прыгнула и угодила в объятия одного из монахов. Он осторожно меня поставил, одарив улыбкой. Я увидела, что мой помощник совсем еще мальчишка. Что заставляет в таком возрасте уходить в монастырь? Ведь вся жизнь впереди.

— Младших сыновей часто отдают в услужение, — поведала мне лэйди Кэйталин, пока нас провожали в комнаты. — Семьи стремятся укрепить связи с монастырем.

Священнослужители очень влиятельны. В том числе при дворе. Но все это, разумеется, касается только мужчин.

— А как же женщины? Их в монастыре тоже немало.

— Верно, — кивнула она. — Монастырь делится на две части – мужскую и женскую. Но заправляют всем исключительно мужчины. Женщины так и остаются до конца дней монашками.

Я кивала, вникая в новую информацию и заодно осматриваясь. Посмотреть было на что. Серые снаружи горы внутри оказались полны сюрпризов.