Грешник

 – Она замолкает, словно не решается сказать что-то еще.

Скрытый смысл ее слов вызывает ноющую боль в сердце, а при мысли о том, чтобы признаться ей в любви, пустота в моей груди разрастается еще больше. Это будет неправильно? Раз она только что сказала, что хочет притормозить с чувствами?

«Этот разговор не для анального секса», – решаю я. Сначала задница. Сначала оргазмы для Зенни. Потом мы поговорим.

– Сейчас я просто натираю тебя маслом, – объясняю я маленькой монахине передо мной, отодвигая свои чувства в сторону и сосредоточиваясь на ней.

– Хорошо, – говорит она, а затем слегка мурлычет, когда я касаюсь пальцем чувствительных складочек, обильно смазывая ее теплым маслом.

– Теперь внутри. Точно так же, как с пробкой, детка, прижимайся ко мне. – И затем осторожно, настолько нежно, насколько это возможно, я ввожу палец в узкое кольцо анальных мышц. Внутри она горячая, как огонь. Гребаный огонь. Плотное кольцо мышц и гладкая оболочка тепла за ним.

– Хорошо, с этой частью ты мне поможешь, – говорю я, беря одну из ее рук и направляя ее к моему пальцу внутри нее. – Ты заменишь мой палец своим… а затем добавишь второй, как только тебе станет комфортно. Да?

– Да, – нетерпеливо говорит она, отталкивая мою руку, чтобы заменить ее своей. Я добавляю еще немного масла на ее руку, а затем, пока она трахает пальцами свою попку, я быстро снимаю ботинки и стаскиваю с себя джинсы и рубашку.

– Господи, – бормочу я, обильно смазывая ладонь маслом и, не теряя времени, трахаю свою намазанную маслом руку, наблюдая за ней. – Господи Иисусе.

Я подхожу ближе, наслаждаясь невероятно интимным, невероятно чувственным видом, а затем глажу ладонями ее задницу и ягодицы.

– Ты готова, милая?

– Готова, – выдыхает она, вытаскивая пальцы с таким звуком, который заставил бы самого Бога сочувствовать всем моим решениям.

– Расслабься и толкнись на меня. Подумай о том, насколько наполненной ты себя почувствуешь. Какой порочной девчонкой ты будешь с моим членом в своей заднице, хм-м.