Фавориты Фортуны

Теперь, стиснув зубы и кулаки, он вдруг вскочил.

– Пожалуйста, прости меня, Никомед. Я должен избавиться от непрошеных гостей, – сказал он, стараясь сохранить непринужденность.

– Ты имеешь в виду лобковых вшей? – осведомился царь, от которого ничто не ускользнуло. Он мог выражаться свободно, потому что Орадалтис уже ушла со своей собачкой.

– Я просто схожу с ума! Ужасные твари!

Никомед вышел из комнаты вместе с ним.

– Есть только один способ избежать паразитов, когда путешествуешь, – сказал царь. – Это больно, особенно в первое время, но зато эффективно.

– Мне все равно, даже если придется ходить по горячим углям. Скажи мне, и я сделаю это! – с жаром воскликнул Цезарь.

– В вашем обществе есть люди, которые проклянут тебя за то, что ты уподобишься женщине, – не без лукавства заметил Никомед.

– Хуже этих паразитов нет ничего! Скажи мне, что делать!

– Избавься полностью от волос на теле, Цезарь. В подмышках, в паху, на груди, если у тебя там есть волосы. Я пришлю человека, который обслуживает меня и Орадалтис.

– Сейчас же, царь, сейчас же! – Цезарь схватился за голову. – А как же эти волосы?

– Там тоже вши?

– Не знаю, но я чешусь весь.

– Это другие, они в постели не живут. Вряд ли ты их наберешься, больно ты высокий. Они не умеют ползти вверх, понимаешь? Так что люди, которые подхватывают их от других, всегда одного роста с зараженным или ниже его. – Никомед засмеялся. – Ты мог бы подцепить их только от Бургунда. Если, конечно, твои шлюхи не спали с тобой голова к голове.

– Мои шлюхи атаковали меня в Лампсаке, когда я спал, но, уверяю тебя, они убегали, как только я открывал глаза!

Это был необычный разговор, но Цезарь благодарил за него судьбу все последующие годы.

Раб, которого прислал Никомед, явил себя мастером своего дела. При других обстоятельствах Цезарь не допустил бы такого человека выполнять столь интимную работу, ибо раб был явным гомосексуалистом.

– Я каждый день буду выдергивать по несколько волосинок, – просюсюкал Деметрий.

– Ты сегодня же выдернешь все волосы, – без малейшей жалости к себе заявил Цезарь. – Большую часть вшей я утопил в ванне, но думаю, гниды остались. Кажется, поэтому я до сих пор не мог их вывести. Фу!

Деметрий аж взвизгнул:

– Невозможно! Даже когда это делаю я, это очень-очень больно!

– Все сразу! – приказал Цезарь.