Фавориты Фортуны

Неосмотрительно было с его стороны произносить это так доброжелательно. Тотчас последовала история беременности. Метробий тоже помнил случай с грибами.

– Кто знает? – смеясь, сказал Метробий. – Я еще могу зачать ребенка! Мой шанс – один из четырех.

– Из пяти.

– Из четырех, Валерия. Ребенок не может быть от Суллы.

– Он меня убьет!

– Оставь все как есть и ничего не говори Сулле, – твердо сказал Метробий. – Будущее неизвестно.

Вскоре после этого печень Суллы так разболелась, что не давала ему покоя. День и ночь бродил он по длинному атрию.

– Этот дурак, который по утрам выносит его горшок, начал всем рассказывать, что Луция Корнелия съедают изнутри черви, – возмущенно сообщил Тукций Метробию и Валерии.

– И черви нас не едят? – прошептала Валерия, побелев как мел.

– Только то, что мы съели, – объяснил Тукций. – Нет сомнения, в следующий раз, когда я приеду в Рим, я и там услышу эту историю. Слуги – лучшие разносчики сплетен.

– Думаю, ты успокоил меня, – сказал Метробий.

– Я не собираюсь вас успокаивать, я только хочу, чтобы вы не верили россказням слуг. Реальность достаточно серьезна. Его моча слаще меда, а кожа пахнет спелыми яблоками.

Лицо Метробия исказилось в гримасе.

– Ты пробовал на вкус его мочу?

– Да, пробовал, но только после того, как выполнил старый трюк, который мне показала знахарка, когда я еще был ребенком.

– И он худеет на глазах, – добавил Метробий.

Валерия снова ахнула:

– Он умирает?

– Да, – сказал Луций Тукций. – Кроме меда в моче, – я не знаю, что это значит, только знаю, что это смертельно, – его печень больна. Слишком много вина.