Фавориты Фортуны

Для военачальника было обычным делом созвать всех своих офицеров на последний военный совет перед боем. Но в данном случае это вызвало кривотолки. Многие посчитали странным увидеть на совещании младших военных трибунов. Они причиняли особенное беспокойство, и было ясно, что военачальник не доверял им. Обычно они служили курьерами под командованием старших трибунов, и таковыми Лукулл и назначил их в конце совещания. Кроме Цезаря, которому он холодно сказал:

– Ты – шило в заднице, но я заметил, что ты трудяга.

– Ты – покойник, – сказал Цезарю Бибул с самодовольным видом, когда они сидели у себя после совета.

– Не я! – бодро ответил Цезарь, разрезая волос мечом, потом кинжалом.

Габиний, который симпатизировал Цезарю, беспокоился.

– Хотел бы я, чтобы ты не был таким торчащим mentula, – сказал он. – Если бы ты сбавил тон и держался незаметно, тебя бы не назначили. Он дал тебе поручение, которое не должен выполнять младший военный трибун, особенно тот, кто ни разу не участвовал в кампаниях. Все его войска – это бывшая армия Фимбрии, приговоренная к вечной ссылке. Он собрал самых отъявленных мерзавцев, которые не хотят драться, и тебя поставил во главе их.

– Я все это знаю, – терпеливо ответил Цезарь. – И ничего не могу поделать, раз уж я такой торчащий mentula, – спроси любую из лагерных женщин.

Это вызвало смешки у некоторых и мрачные взгляды – у других. Даже ненавистники могли бы простить Цезаря, если бы за прошедшую зиму он не приворожил всех женщин лагеря, которые стали намного свежее и куда привлекательнее благодаря тому, что Цезарь настаивал, чтобы его избранницы сияли чистотой.

– Разве тебя это совсем не беспокоит? – спросил Рыжий Руф.

– Нет, – ответил Цезарь. – На моей стороне удача и талант. Подождите – и увидите.

Он осторожно вложил в ножны меч и кинжал и направился с ними в свою комнату. Остановившись около Бибула, Цезарь пощекотал его под подбородком.

– Не бойся, Блошка, – сказал он. – Ты такой маленький, что враг тебя не заметит.