Физрук

— В восьмом…

— Нет, я имею в виду — другое…

— Что — именно? — насторожилась Журкина.

— Что класс этот у нас в школе называется «экспериментальным».

— А-а, ну-у… да…

— А знаете, почему он так называется?

— Ну-у, наверное, в нем собраны самые талантливые учащиеся…

— Нет, вы не угадали, товарищ Журкина, в нем собраны — во-первых, одни мальчики, а во-вторых, самые отпетые двоечники и хулиганы.

Она едва не поперхнулась своим шерри.

— Да что вы такое говорите!.. Наш Веня попал в класс к отпетым хулиганам и двоечникам⁈

— Это факт.

— Это безобразие! Вернется муж из командировки, я его немедленно направлю к вашему директору!

— А зачем?

— То есть, как это — зачем⁈ Необходимо исправить это безобразие!

— Может лучше задуматься о причинах?

— О причинах безобразного поведения вашего руководства?

— О причинах того, почему ребенок из благополучной семьи оказался в «экспериментальном» классе.

С этими словами я поднялся, поставил пустой стакан на столик, рядом с бутылкой. Журкина растерянно на меня посмотрела, но тоже поднялась и как была, со стаканом в руке, пошла провожать.

Я попрощался с нею и вышел на лестничную площадку. Уж лучше иметь дело с пьяницами, чем вот с такими дамочками, которые корчат из себя светских львиц, а на самом деле думают только о том, как затащить в койку первого встречного. Они сами себе кажутся неотразимыми совратительницами, но больше похожи на паучих.

Лучше бы думала о сыне, но, похоже, ей глубоко по барабану его судьба. Ее возмутила всего лишь непрестижность места, которое занимает отпрыск, а вовсе не то, что он оказался среди двоечников и хулиганов.

Ну вот что с ними делать?.. С родителями — ничего… Их уже не перевоспитаешь, спасать надо пацанов — от родительской глупости, равнодушия, невежества и других пороков. Спасать — не значит — отбирать или настраивать против папы и мамы, скорее — научить детей отличать добро от зла во всем, даже — в близких.

Ровно к шести вечера я подъехал к гостинице «Металлург».

Сумароков тут же залез в салон. Пожал мне руку.

— Добрый вечер, Александр Сергеевич!

— Здравствуйте! Куда едем?

— Круговая десять.

— Кажется, по этому адресу находится продуктовая база.

— Вы хорошо осведомлены, — отозвался Илья Ильич. — Может, и заведующего знаете?

— Знаю. Иван Северьяныч Заболотный.

— Отлично, — кивнул мой пассажир. — Ваше знакомство облегчит контакт.

«Волга» катила по темным улицам. О том, что мне предстоит сейчас, я не думал.