Жестокая сказка

- Достаточно, - требует девчонка надтреснутым голосом, пальцами цепляется за волосы на моем затылке, пробует отстраниться, избежать жалящего напора. – Прошу, пожалуйста.

Нет. Не надейся. Не остановлюсь.

Право на все твои ночи за мной.

- Рустам, - раздается протяжный стон. – Рустам!

Вскрики и стоны сливаются. Растворяются.

Я довожу тебя до черты и дальше толкаю. Дальше, дальше. Еще. До судорог. До спазмов. До ядовитой истомы. До выгнутой дугой спины. До самого безумного и дикого оргазма.

А потом продолжаю. На грани.

За пределом допустимого и дозволенного. Дарю кайф. Подсаживаю на самый мощный наркотик.

Я тебя разгромлю. В ноль. На твоем же поле.

Столько лет драть мой мозг. Мысли путать. Вытрахивать от и до. Возбуждать никому ненужные чувства. Пришла пора по счетам платить. Раздевайся, принцесса. К черту скромность. И стыд. К черту пьянящую непорочность. Прочь запреты и гордость.

Я хочу содрать твою кожу. Оголить нервы. Хочу вломится в ту, которая вдруг стала моей Вселенной. Без тормозов. Без табу. Взять живьем.

До одержимых воплей. До хрипоты. Хочу показать, как это все чувствуется. Когда ломают хребет и в грязь втаптывают."

"Я последний в мире романтик. Видишь? Никому в обиду не дам. Затоплю нежностью, запытаю лаской. Я знаю толк в развлечениях, после которых выносят вперед ногами.

В рай. Или в ад? Выбирай, где ближе рассчитываться с долгами.

- Возьми меня, - отрывисто требует девчонка. – По-настоящему.

От этой короткой прерывистой просьбы оживает мое нутро.

Громовое рычание. Рокот крови глушит.

Когти рвутся на волю. Прорезаются клыки. Кости огнем окатывает. Разверзается ад. Искушение адово.

Только рано тебя в пекло тащить.

Вот ведь странно. Удивительно даже. Строю планы, увлекаю, заманиваю. Тьмой окружаю, но держусь в стороне. Любуюсь и оберегаю, исхожу слюной, в красках представляя наше общее грехопадение.

Бог. Дьявол. Лишь тебе позволяю решать. Для других такой милости нет. Их участь простая. Прокладывать дорогу вперед. А для каждого бунтаря быстро найдется гроб. Некрополь распахнут настежь.

Давай, смелее входи. Единственная, кому страшиться нечего на алтаре моих кровавых секретов.

- Возьми, - выдыхаешь ты, как заведенная повторяешь: - Возьми, возьми…

Истекаешь. Стонами, криками. Липким потом, одурительной влагой. Заходишься всхлипами. Хриплыми, надсадными, пороком пропитанными.

Я вбиваю сжатые кулаки по обе стороны от твоей судорожно запрокинутой назад головы. Накрываю тенью звенящее от возбуждения тело. После вбиваюсь внутрь.