Священный любовник

Рисование беременной шеллан его близнеца. Честное слово.

Только чертов ублюдок мог зациклиться на женщине, которая принадлежала его близнецу. И все же ты сделал это. Можешь гордиться собой, напарник.

Да, почему-то у колдуна всегда был британский акцент…

Фьюри сделал затяжку и наклонил голову на бок, проверяя, не поможет ли изменение угла обзора. Нет. Все не то. Еще и волосы… По каким-то причинам он нарисовал Бэллу с длинными темными волосами, собранными в шиньон, с прядкой, щекотавшей ее щеку, хотя она всегда оставляла их распущенными.

Неважно. Она была прекрасна в любом случае. Остальная часть ее лица была выполнена как обычно: контур ресниц, любящий взгляд, сочетающий тепло и преданность, обращен вправо."

"Во время еды Зейдист всегда садился справа от нее. Чтобы боевая рука оставалась свободна.

Фьюри никогда не изображал ее смотрящей на него. Зачем? В реальной жизни он и не привлек бы ее взгляд. Она любила его близнеца, и этого не изменить, сколько ни тоскуй.

Рисунок показывал Беллу от шиньона до плеч.

Смерти на родильном ложе были частыми.

Фьюри провел кончиками пальцев вниз по ее лицу, избегая области носа, где чернила все еще сохли. Она была прекрасна, даже с неправильными глазами, другой прической и менее полными губами.

Рисунок был закончен. Самое время начать следующий.

Сдвинувшись к низу бумаги, он начал завиток плюща в изгибе ее плеча.

Вернуться к баночке чернил и снова обратиться к рисунку. Плющ обвивает ее. Плющ скрывает следы его пера, пряча его сердце и грех, живущий в нем.

Сложней всего закрыть нос. Фьюри всегда оставлял это на последок, и, когда больше не мог откладывать, его собственные легкие горели так, будто это он не мог дышать.

Когда плющ одержал победу над изображением, Фьюри скомкал рисунок и бросил его через всю спальню в латунную корзину для бумаг.

Какой месяц был сейчас… Август? Да, август. Что означает… Остался еще целый год беременности, при условии, что она доносит. Как большинство женщин, она была на постельном режиме из-за большой опасности преждевременных родов.

Затушив окурок косяка, он потянулся за заготовленным следующим и понял, что выкурил уже оба.