Скалка

Я это вслух сказала! Вслух!

Смотрю на Холодова, и меня накрывает легкое разочарование, смешанное с облегчением, — он не проснулся! Дрыхнет себе безмятежно, даже не знает, что одна дурочка с влажными от слез глазами смотрит на него с таким обожанием, что… Хорошо, что он не видит.

Тихонько выхожу из спальни. Помню, утром в ванной оставляла свою домашнюю одежду, да, она там и лежит до сих пор. На автомате переодеваюсь, вся в своих мыслях. Ну и как мне с ним поговорить? Он же умный очень, взрослый, опять отшутится или скажет что-то саркастичное в своем стиле.

— Ты очень красивая, Тамара.

Вздрагиваю от неожиданности и резко оборачиваюсь.

— Настоящая красавица. В тебе нет ничего искусственного.

От его слов, таких простых, но столь желанных, тепло растекается по груди. Кажется, я еще и покраснела. Если бы не смущение, наверное, бросилась бы ему на шею.

Ярослав стоит, облокотившись на дверной косяк и скрестив руки. Взгляд ясный, как всегда цепкий. Будто он и не спал крепким сном всего несколько минут назад.

Может, сейчас? Спросить его напрямик, чего он хочет от меня и считает ли он, что у нас есть отношения? Кто я для него?!

— Похоже, я немного перестарался с твоим рефератом, — задумчиво произносит Ярослав, и я понимаю, что момент упущен. — Мне Синяев звонил. Спрашивал, не приложил ли я руку к твоей работе.

— И что ты ответил?

Разборок с «чистильщиком» мне только не хватало! Не до него сейчас!

— Соврал, — улыбается Холодов. — Но к экзамену у него тебя придется подготовить.

— Подготовить? — уточняю недоверчиво. — Ты хочешь со мной заниматься?

— Ну да! — Он пожимает плечами. — Ты же уходить не собираешься из универа. А я не хочу, чтобы моя девушка завалила сессию. Позора не оберусь ведь.

Моя девушка?! Моя девушка!!! Наверное, у меня такое недоумение на лице, что Холодов спрашивает:

— Не хочешь со мной заниматься? Да, я не самый приятный преподаватель, но поверь мне, я…

— Твоя девушка? Я — твоя девушка? Ты серьезно?! Но мы… — Эмоции переполняют меня, не могу с ними справиться.

— Мы живем вместе, Тамара, — нетерпеливо перебивает он, явно не испытывая такого волнения, как я сейчас. — И спим в одной постели.

Тут меня снова пробивает румянец. Ничего больше не было такого… особенного с понедельника, когда я приехала к нему со своим рюкзаком.

— Но ты никогда не говорил…

— Это же очевидно, — говорит Ярослав таким снисходительным тоном, что я чувствую себя немного глупо.