Рассвет твоей нежности

 — Не хочу ябедничать, ты же разбираться пойдешь.

— Пойду, но не с ней, а с Германом. Пусть поставит свою женщину на место, если она зарывается.

— Я сама толком ничего не знаю, поэтому не хочу, чтобы эту тему поднимали. — стою и жду, что Таня мне еще скажет и пока не признается с места не сдвинусь. Она это понимает и, выдохнув, выдает: — Наташа, что-то сделала Максиму, он ее избегает. Даже близко к ней не подходит. Перестает улыбаться, если Наташа к нему приближается. Спрашивала Макса, он ничего внятно объяснить не может.

«Как бы эта стерва ему психологическую травму не нанесла!»

Я думал, сын Наташу просто не принял. Он и ко мне не сразу расположился, а вот с Германом с первой встречи сдружился. Такое поведение Макса я списывал на то, что она для него «девчонка», он ведь и в детском саду с ними не играет, говорит, они плаксы и ябеды…

Тане я верил, она не будет наговаривать.

— Я с этим постараюсь разобраться в ближайшие дни, выясню, что происходит. Макса с ней наедине не оставляй. А теперь идем, пока нас не принялись искать.

— Пять минут, и сядем ужинать, — предупредила мама, когда мы вошли в кухню. Эти пять минут я решил потратить с пользой.

— Герман, мне нужно с тобой кое-что обсудить.

— Андрей!.. — возмутилась родительница.

— Обещаю вернуться через пять минут. — поймав встревоженный взгляд Тани, шепнул ей на ухо: — не беспокойся, это не то, о чем ты подумала.

Герман сразу уловил мое настроение, стоило нам выйти во двор, он тут же спросил:

— Что случилось?..

…

В трех предложениях передал ему наш разговор с Юрой. Ждать реакции не пришлось. Она последовала незамедлительно.

— Ты у мамы допоздна задержишься? — его суровое выражение лица насторожило. Прекрасно зная младшего брата, мог предположить он о чем-то догадался, но не спешит делиться.

— Планирую остаться до утра. Объяснишься? — жестко прозвучал вопрос."

"— Чуть позже. Я скоро вернусь, — не добавив больше ни слова, он направился в дом. Я последовал за ним. — Наташа, поднимайся мы уезжаем! — холодно приказал он. Супруга брата уже сидела за столом. Ей не понравилось грубое обращение, но если она и хотела возмутиться, то поймав его разъяренный взгляд, молча поднялась.