Одержимость мажора

 – Только вот, боюсь, мои мучения были напрасными…

– Ты явно нарываешься на то, чтобы я всё тебе там откусила! – зло рычит она, смотря на меня исподлобья.

– Так-то ты хочешь отплатить мне за доброту? – хмыкаю, то ли шутя, то ли говоря серьезно. На самом деле у моих слов есть глубокая подоплека, которую никак не выходит оформить в слова. Ведь любые из них Губастая воспринимает в штыки и переворачивает на свое усмотрение.

– А ты добрый, Халид? – продолжает бурчать себе под нос с несчастным видом, входя в ресторан.

– Ника, – вздыхаю, а она дергается, расширив глаза, ведь я редко зову ее по имени. – Выскажи свои претензии, если хочешь. Давай поговорим. Мы записаны к врачу на три часа, еще есть время.

– Вот! – передергивает она плечами. – О том и речь. Ты записал меня к врачу.

– Я забочусь о тебе, и тебе реально надо к врачу, – шумно дышу, ярясь от ее взрывной реакции. – А ты используешь любую мелочь, чтобы прицепиться. Я настолько тебя раздражаю?

«Я тебя ненавижу!» – разносятся в моей голове ее слова, но я успокаиваю себя тем, что она говорила не всерьез. Не может она меня ненавидеть.

– Меня раздражает то, как ты управляешь моей жизнью! – размахивает руками, объясняя свою позицию. – Тебя слишком много в ней.

– Мы поженимся, Ника, – цежу слова, чтобы уяснила лучше, – привыкай к этой мысли. Хватит беситься. Что ты хочешь решать?

– Хочу решать, что делать с ребенком и своей жизнью! Жениться мне или нет! И так по твоей вине я залетела! Гинеколог, блин! Начитался он статей, – шмыгает носом. – Не сработала хваленая таблетка.

– Не будь ребенком, всё уже случилось, я тоже не ожидал, что ты так быстро забеременеешь, но почему-то не истерю.

– Значит, я истерю, да?! Истерю? – снова взрывается она, вскакивая с места и хватая сумку.

Глава 21

Ника"

"Истерю? Он считает, что у меня просто обычная бабская истерика? Считает, что я не могу страдать из-за того, что моя жизнь кончена? Я не представляю, что такое брак с мусульманином! Меня никто не спросил, хочу ли я выходить замуж за Мирзоева. Всё, о чем я думала, это брат. Спасла его, пожертвовав своим телом и вместе с тем душой.