Изменить 6-го

— И какой?

— Сейчас, погоди... — Часто-часто моргая, я напрягал память в поисках информации, хранящейся где-то в закоулках, но тщетно. — Блин, ну я же точно помнил!

— Ничего страшного, — шмыгнув носом, успокоила Моллой. — Не переживай. Переночуешь с Джонни и Шаннон.

— Нет, нет, нет, исключено, — простонал я, цепляясь за нее что есть мочи. — Хочу домой, к тебе.

— Знаю, — с тоской заверила она. — Но тебя отсюда не вытащить.

— Можно перелезть...

— Нет, малыш, нельзя, — перебила Моллой. — Тебе и так досталось.

— Нет, досталось тебе. Я заставил тебя страдать, — пробормотал я, и в следующий миг грудь пронзила невыносимая боль. — Блин, ни хрена не соображаю.

— Где ты пропадал?

— Не помню, — простонал я, чувствуя, как у меня отнимают последнюю надежду. — Прости, Моллой. Я безумно тебя люблю. Клянусь.

— Знаю, Джо. О господи... — Она осеклась, с губ сорвалось рыдание. — Покажи мне руки.

— Руки?

— Да. — Всхлипнув, Моллой отступила на шаг и схватила меня за запястье. — Все хорошо.

Она медленно закатала рукав худи и, дойдя до локтя, заплакала еще горше.

— Прости.

— А теперь вторую, — выдавила она и повторила процедуру.

— Мне так стыдно.

— Признавайся, ты ошивался у Холланда?

— Не помню.

— Джо, ты же мог умереть!

— Вопрос, хочу ли я жить, Ифа.

— Не смей так говорить! — рассердилась она, обнимая меня за шею. — Никогда! Слышишь?

— Ты единственная удерживаешь меня здесь, — признался я, наслаждаясь прикосновением ее теплых пальцев. Мне было безумно холодно, и лишь она могла меня согреть.

— Нет, малыш, нет. — Обливаясь слезами, Моллой притянула меня к себе и страстно поцеловала. — Я никуда тебя не отпущу.

Ее обжигающие губы, язык растопили лед, сковавший меня изнутри. Я пытался прильнуть ближе, нуждаясь в ней как никогда.

— Не отказывайся от меня, Моллой. Знаю, я тебя не заслуживаю, но умоляю... не отказывайся от меня.

— Не откажусь.

— Умоляю... ради всего святого, продолжай любить меня.

— Всегда, Джо, — выдохнула она мне в губы.

— Потому что я чувствую, что я здесь совсем один, малыш."

"— Нет. — Она вытерла катившиеся по моим щекам слезы и нежно погладила меня по носу. — У тебя есть мы.

Дрожа, я просунул руку между прутьями и потянулся к ней.

— Я хочу стать достойным тебя. — Шмыгнув носом, я погладил ее выпуклый живот и поморщился от ветра, хлеставшего по лицу. — Достойным вас обоих.

— Я в тебя верю, — сквозь слезы проговорила она.