Крепостная

— Это моя спальня, тебя туда не звали! — процедил князь, стремительно спускаясь по ступеням, и увидел Елагина. — А, Андрей Прохорович! Вовремя. Вы мне как раз нужны.

— Не дело это, пожилую бабу пороть, — сказал с укором Андрей и посмотрел в надменное непроницаемое лицо князя Константина.

На дворе около конюшен у столба стояла привязанная Агафья, на которой была лишь нижняя рубаха. Вокруг толпились почти все дворовые крепостные, которые по приказу Урусова были пригнаны сюда, чтобы увидеть наказание повинившейся бабы, и безмолвно взирали на происходящее.

После того как Татьяна ворвалась в спальню Константина и заставила его отпустить Грушу, князь впал в крайнее раздражение. Ища виноватого, он приказал выпороть Агафью, которая позвала его сестру, и тем самым прервала наказание Груши.

Елагин и князь стояли немого поодаль от основной массы дворовых людей, среди которых была и Груша. Княжна Татьяна, которая застыла рядом с девушкой, нахмурившись, смотрела то на брата, то на смертельно бледную Грушу, которая вся дрожала.

Константин зло взглянул на Андрея и отчеканил:

— Не ваше дело, Андрей Прохорович, мне указывать, что делать. Ваше дело исполнять мои приказания.

— Как скажите, ваше сиятельство, — холодно ответил Андрей и подошел к Агафье, которая жалобно кряхтела в ожидании предстоящего.

Андрей взял в руки плеть и чуть наклонился к уху Агафьи.

— Не бойся, — прошептал ей тихо Елагин, чтобы никто больше не услышал. — Я по-хитрому постягаю, сильно больно не будет.

Груша стояла ни жива ни мертва.

"Отойдя на нужное расстояние, Андрей расправил кнут. Уже в следующий момент конец плети просвистел в воздухе и опустился на спину Агафьи. Груша судорожно сжала в руках концы цветного платка, накинутого на плечи. Сердце ее болезненно сжалось и заболело.

Константин все время косился взглядом на Грушу. Поджав губы, он со злорадством наблюдал за ее мучениями, прекрасно осознавая, что чувствовала сейчас девушка. Наказание имело двойной смысл, и Урусов знал, что Груша отчетливо понимала это. Князь хотел показать девушке, что за дальнейшее неповиновение могут выпороть и ее.