Хочу тебя испортить

Да что такое-то?

— Слушай… — задумчиво тяну я. — А Артем ведь был тогда на квесте в джунглях?

Кирилл хмурится, пару секунд молчит, а потом, очевидно, догадывается, почему я об этом спрашиваю.

— Это не он, — режет тоном.

— Откуда знаешь?

Последнюю неделю я действительно часто ловила на себе повышенное внимание Чарушина. Не то чтобы он мне нравится… Но если это он целовал меня, то я бы хотела об этом знать. А то как-то странно получается… Меня бесит эта неизвестность.

— Так откуда ты знаешь?

— От верблюда! Что ты заладила с этой херней? Подумаешь, пробили разок по деснам.

— Нет, но…

С его слов я выгляжу одержимой маньячкой. И это меня, конечно же, смущает.

— Развела тут событие!

— Для меня событие! — огрызаюсь, не пытаясь скрыть обиду.

Бойко застывает. Вновь сканирует меня каким-то странным взглядом.

Так раздражает! Сил нет! Отталкиваю его и ухожу.

В субботу утром автобус выгружает нас перед Аккерманской крепостью с палатками, спальными мешками, прочей походной атрибутикой и провизией.

Первым делом разбиваем на территории крепости лагерь и только после этого отправляемся на обход. Виктор Степанович рассказывает нам, что крепость была заложена золотоордынским ханом в XIII веке, неоднократно подвергалась нападениям, меняла владельцев, но по нынешний день остается одним из наиболее сохранившихся фортификационных строений страны.

Я обожаю историю. С интересом слушаю все, что нам рассказывают, и с энтузиазмом верчу головой. Кроме того, радуюсь, что помимо нашей группы к экскурсии присоединились девочки из историко-краеведческого кружка.

Вечером мы разжигаем костер и варим настоящую казацкую полевую кашу. После сытного ужина долго болтаем с ребятами и пьем чай. Расходимся по палаткам, когда становится совсем холодно.

— Мне немного страшно, — признается Катя, когда мы переодеваемся в пижамы и забираемся каждая в свой спальный мешок.

— Лично меня смущает только скованное положение, — со смехом отзываюсь я.

— Ага, непривычно. Чувствую себя сосиской в тесте.

— Ты слишком тощая сосиска. Никто на тебя не позарится, — дразнит Катю третья девочка — Лена. — Спим, девчонки. Завтра поболтаем. А то, зная Курочкина, подъем будет очень-очень ранним.

Для меня он оказывается самым ранним.