Хочу тебя испортить

Я бы сказала, что это те самые бабочки… Только почему? Как?

Полноценно сфокусироваться на этих ощущениях не получается. Бойко дергает мою кисть на себя, темнеет взглядом и ожидаемо интересуется:

— Что это значит?

— Тот, кто проиграет, будет должен провести с победителем ровно тридцать три полных суток. В разброс, конечно. В течение года.

— И в чем прикол, если я выиграю? — хмурится он. — Мне в любом случае придется провести с тобой чертовых тридцать три дня.

— Именно, — выкрикиваю я и свободной рукой быстро «разрубаю» наш спор.

Выскакиваю из машины до того, как он решается меня убить.

Оглядываюсь и… улыбка стынет на моем лице.

9

Сражайся или умри, Центурион.

© Кирилл Бойко

Напоровшись на толпу знакомых лиц, личинка заметно притухает со своим навязчивым щенячьим восторгом. Понятно же, что в компании моих друзей ее и десять пар розовых очков не спасут. Была бы хоть на грамм рассудительной, в ту же секунду завернула бы играть роль доброжелательного эльфа. Но нет же. Эта идиотка сжимает ладони в кулаки и демонстративно выпрямляет спину.

— Они будут с нами?

— Ага, — лениво отзываюсь я. — Если боишься, бей по копытам, Вареник. Сейчас. Я за тобой гнаться не стану, — милостиво даю ей шанс слинять.

Так, чтобы все видели, конечно.

— Чего это мне бояться? — хорохорится эта курица, усиленно качая собственные амбиции. — Отлично проведем время!

И решительно прет к толпе.

Ну, вот что за дурочка?

Закладывая ладони в карманы джинсов, медленно иду следом.

— Привет, — здоровается чертова Любомирова, едва мы останавливаемся. Ее голос звучит пискляво и выдает волнение. Уверен, что не только я это слышу. Но, стоит отдать должное, она достаточно быстро выравнивает децибелы: — Кто еще не в курсе, я — сестра Кирилла.

— Любомирова, — приглушенно выдыхаю, чтобы тормознуть ее активность.

— Ай-й-й, — горланит, прикрывая ладонью рот, и смеется. — Все время забываю, что братца нервирует наше родство.

— Приглуши текст, юмористка. Я сам все, что надо, скажу.

— Я просто радуюсь, что ты меня пригласил!

— Молчи, сказал.

— Как пожелаешь!

— Молчи.