Хочу тебя испортить

— Ты делаешь вид, что ничего не изменилось."

"— А ничего и не изменилось, — снова зев перекрывает и не дает дышать, но я упорно продавливаю свое сволочное эго. — Только из-за Чары с тобой и разговариваю. Кстати, тебе не пора его найти?

Она… огорчается. Толкает меня в грудь и, наконец, сама уходит.

Я же еще несколько секунд стою. Перевожу дыхание, прежде чем начать двигаться.

Дома снова отец мозги выносит. Одно время занят был этой своей… Сейчас, походу, кроме как на мне, не на ком больше отыгрываться.

Злой, как черт. Аж морда кипит, пока втирает мне по поводу каких-то, мать его, хреновых оценок.

— Виктор Степанович просил, чтобы ты к нему заехал утром.

— А Виктор Степанович не боится меня к себе звать? — едко поддеваю я.

— Ты еще шутки шутишь? Герой! — сарказм отца, вибрируя, потолок кабинета натягивает. — С битой к старику!

— По твоим стопам иду, — вяло отзываюсь я.

— Ты мне поумничай тут! — все, чем батя способен крыть.

— Короче, не могу я завтра. У меня в семь утра тренировка.

— Так езжай сегодня!

Ну, бля…

— К чему эта гребаная срочность?

— Давай, не ерепенься!

Лады… Только чтобы он от меня отстал.

Плетусь в комнату переодеться, когда за дверью Любомировой слышу смех. Притормаживаю, как какой-то лох, чтобы послушать. Грудь жаром окатывает, и пульсация эта чертова долбит.

— Ну, нет, конечно… В общем… Слушай, Кать, насчет Артема… — шумно выдыхает Центурион, словно в этот момент то ли по комнате прыгает, то ли чересчур волнуется.

Мое сердце синхронно разгоняется и толкается в глотку.

Подгоняю себя, чтобы не слушать дичь, которую она сейчас начнет о нем валить. Я же не вынесу! Я не научился с этим справляться. Мне, мать вашу, больно только от мысли, что она о нем думает!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И все равно стою, расставив локаторы.

Мазохист, блядь.

— У нас Артемом ничего нет. И никогда не было, — бормочет Варя. И внутри меня все взрывается от бешеной радости, которую я никак не могу ни удержать, ни тормознуть.

Пока я не слышу следующее: — Это мы из-за Кирилла придумали, что встречаемся. Чтобы тот от меня отстал. Угу. Как видишь, работает…

Все, что внутри меня секунду назад ликовало и тянуло тело к небу, резко обваливается вниз. Грудой горячих камней оседает где-то в районе желудка.

Сука…

Волна гнева, которая поднимается у меня в груди и толкает всю кровь вверх, едва не сносит мне этим маневром голову.