Фея придёт под новый год

Пока я говорила, вид у Тодеу был совершенно ошарашенный, и когда я замолчала, он выдохнул:

— При чем тут смерть?..

Но я не дала ему говорить — заставила наклониться и снова поцеловала. Поцеловала так, как мне хотелось — не уклоняясь, без смущения, слегка прикусив ему нижнюю губу, а потом проведя по ней языком.

— Я точно сплю, — пробормотал Тодеу, отрываясь от меня, а в следующую секунду уже подхватил меня на руки и понёс наверх.

Корзинка со сладостями была забыта, брошенная на нижней ступеньке.

— Это не сон, — я положила голову ему на плечо.

 — И под рубашкой у меня ничего нет…

— Если вы сейчас не замолчите, я за себя не отвечаю, — пригрозил он.

— Тогда тем более не стану молчать, — я поцеловала его в шею, и почувствовала, как он содрогнулся — всем телом, и прижал меня крепче. — Но ты можешь думать, что это — сон. Если так тебе будет спокойнее.

— Спокойнее? Да вы шутница, госпожа Миэль, — засмеялся он. — Кто может остаться спокойным рядом с вами?

Мне нравилось, что он называет меня настоящим именем.

Он произносил моё имя, словно напевал.

— Говори мне «ты», пожалуйста, — попросила я.

— Разве же я осмелюсь? — спросил он.

— Неужели ты боишься меня? Разве я такая страшная?

— А сейчас вы кокетничаете. Но вам идёт даже кокетство.

Он внёс меня в знакомую комнату, где теплилась жаровня, и на кровати лежало лоскутное одеяло."

"Как эта постель отличалась от той, которая была у меня, как у графини Слейтер. И кто знал, что моя первая брачная ночь будет не на шелковых простынях, не с королем, и даже не с графом, а на лоскутном одеяле, с безродным моряком.

Но оказывается, когда любишь, уже не важны ни шелка, ни розы, и важны лишь прикосновения и поцелуи любимого человека, пусть он будет хоть трижды моряком. И я вдруг осознала, что мечтала об этой постели. Не о шелковых простынях в королевском дворце, а о лоскутном одеяле, которое насквозь пропахло солью и водорослями. Я хотела оказаться здесь — в крохотной комнате на скалистом берегу, когда снаружи волнуется море, а здесь так тепло и спокойно, потому что рядом со мной тот, кто лучше всех сокровищ мира.

Тодеу поставил меня на ноги возле кровати, а сам встал позади, я ощущала его горячее и взволнованное дыхание на шее. Он положил руки мне на плечи, и я прислонилась к нему спиной, блаженно закрывая глаза.

— Там, правда, ничего нет? — Тодеу потянул завязки плаща. — Под рубашкой?..

— Осмелишься проверить? — поддразнила я его.