Астральное тело холостяка

Брякин – человек-невидимка, он вроде и есть, но его нет. Нигде не прописан, официально не работает, не имеет кредиток, мобильного телефона.

– Вот уж воистину человек-невидимка, – согласился Борис. – Однако Анатолий Винкин умер. И подозреваю, без Максима тут не обошлось.

Я посмотрел на лежащую на полу Демьянку.

– Геннадий Палкин предупрежден о возможной опасности, его охраняют сотрудники полиции. И еще новость: Марфа Ильинична ночью умерла. На этот раз она и правда скончалась. Инсульт.

– Надо было ей не чай травяной, а таблетки пить, – вздохнул Борис.

В комнате повисла тишина. Я решил сменить тему беседы:

– Демьянка по-прежнему не может сидеть?

– Нет, – грустно ответил Борис, – все врачи, все академики-профессора в один голос твердят: здорова собака. И тем не менее…

– Странно, – протянул я и услышал звонок в дверь.

Секретарь пошел в прихожую, я погладил Демьянку по голове.

– Что же с тобой, а?

– Со мной? – раздался за спиной голос Николетты. – Со мной все прекрасно. Он тебе уже нажаловался?

Я повернулся к маменьке.

– Добрый день! Не думал, что ты так рано приедешь в гости.

– Эй, куда ставить-то? – спросил из коридора грубый мужской голос.

Меня охватило беспокойство.

– Ты не одна?

– Это не человек, – отмахнулась маман, – грузчик, вещи носит.

– Чьи? – испугался я.

– Мои, – ответила Николетта. – Тебе муж звонил?

– Твой? – уточнил я.

– Чей еще? – вскипела маменька. – Я развожусь…

– О нет! – испугался я, вмиг поняв, что в случае разрыва брачных уз о госпоже Адилье снова придется заботиться мне.

– И выхожу замуж, – продолжила Николетта.

– За кого? – похолодел я.

– За веселого человека. За такого, с которым не скучно. За Фреда. – Маменька заулыбалась.

Я лишился дара речи. Борис, наоборот, утратил свой дар корректно молчать.

– С ума сойти! Не делайте этого!

– За Фреда, – гордо повторила Николетта. – Мы с ним одной крови, он и я!

Теперь хорошее воспитание покинуло и меня.

"– Ну да, Фред – это Маугли из дикого леса телевидения и мира фэшн-бизнеса.

– При чем тут мультик про Маугли? – спросила маменька, никогда не читавшая Киплинга.

– Вы меняете вежливого, обожающего вас и очень богатого супруга на не пойми кого? – продолжал Борис. – Опомнитесь! Это опрометчивый шаг!

– Мне Владимир хуже касторки надоел, скучный ужасно, – затараторила Николетта. – Вава, мы временно поживем у тебя.