Венец безбрачия

Так у вас-то и выбора больше нет, одно только для гостей и осталось…

Платье, которое принесла мне Матильда, было из очень толстого тяжёлого бархата рыжевато-коричневого цвета с золотистой каймой вышивки по краю расширенных рукавов, по плотно прилегающему к горлу вырезу. Вышивка спускалась по груди треугольником, сужающимся к талии и, в целом, платье смотрелось хоть и скромно, но вполне симпатично. На спине, как и на остальных местных одёжках – шнуровка, которая поможет подогнать одежду прямо по фигуре.

От платья тоже шёл тяжёлый запах пота, но меня заинтересовало не это, а вышивка. Поднеся ткань ближе к свече, я принялась рассматривать непонятные стежки. Сама нить была жёлтого цвета, а на неё плотно навёрнута полоска люрекса. Немного порывшись в памяти я, стараясь скрыть удивление, спросила у Матильды:

- Это золото?

- А то как же ж! Батюшка ваш покойный из монастыря вышивальщицу самолично привозил и почитай цельный месяц она здесь, в ваших покоях и жила. Неужто вы забыли, госпожа Софи?

Отвечать я не стала, но немного задумалась.

Главная проблема местных тканей – нестойкие красители. Но если постирать именно это платье… ну, станет его цвет немного светлее, а золото, по идее, вообще цвет не изменит. Скорее всего, слегка прокрасится нитка, которой сделана вышивка. Разумеется, прокрасится не металл, а сам шёлк, на который он накручен. Но это в любом случае лучше, чем благоухать потом, как бомж.

За право постирать платье я выдержала небольшую войну.

Сперва Матильда махнула на меня рукой, очевидно рассчитывала, что я скоро откажусь от этой глупой идеи. Потом принялась уговаривать, потом просто ахала, а уж мысль, что стирать я собираюсь сама и вовсе привела её в ужас. Однако я не уступала, и она согласилась чуть не со слезами на глазах, ворчливо предрекая мне порчу одежды.

По коридорам замка она вывела меня к дверям прачечной – мрачному подземному помещению, у которого под потолком находилось незастекленное окно.

Работницы на месте уже не было, скорее всего она ушла спать. Но на остывающей печи нашлось достаточное количество ещё тёплой воды, в огромной бочке у входа – холодная, а также несколько больших деревянных шаек, прислонённых боком к стене, чтобы стекла вода.

Вспомнила я и ещё один фокус, которому научила меня мама. Правда она использовала не ваниль, а искусственный белый порошок ванилина, добавляя крошечную щепотку при полоскании постельного белья.