Венец безбрачия

Именно поэтому легкий сладкий запах выпечки витал в доме по пятницам, когда мама меняла постельное на наших с ней кроватях.

- Матильда, как думаешь, у повара есть ваниль?

- А, как же ж! Госпожа баронесса ажно в столице заказывает и как гости приезжают – всенепременно на стол выпечку с ванилью подают.

Оставлять платье в прачечной я не рискнула, и мы вдвоём со служанкой двинулись на кухню.

Тётка Гризелда, о которой мне во время болезни рассказывала Альда, оказалась пожилой, одышливой и очень полной женщиной.

- Тётушка Гризелда, скажите, у нас осталась ваниль?

- Полбанки ещё стручков. Я госпоже баронесса докладывала, что перец почти кончился и чёрный, и белый, имбиря нет, от корицы – одна шепотка на дне. А ваниль как прошлый раз завезли – так гостей-то больше и не было. Сколь прибавилось – столько и стоит.

- Вот и прекрасно. Пожалуйста, сделай мне полкружки крепкого отвара.

- Из ванили? – с удивлением уточнила повариха. И не удержавшись спросила: - Это зачем же вам, госпожа Софи, этакое понадобилось?"

"- Понадобилось, – кратко ответила я. – Нужно немного, главное – чтобы был крепкий.

Глава 10

Матильда ушла, и я осталась в подвальной комнате, куда залетал через окно под потолком ледяной уличный ветер. Здесь было страшно и неуютно, а пламя свечи плясало так, что я побоялась остаться совсем уж у в темноте.

Сейчас оно валялось небрежной кучкой рядом с деревянными шайками. Главное, как понимала я, ни в коем случае нельзя брать горячую воду, а делать все нужно максимально быстро, чтобы не вымывалась краска из ткани. Пристроив свечу на настенную полочку, я натаскала холодной воды во все три шайки, добавила по паре ковшиков тёплой, стоявшей у печи, и получила воду комнатной температуры.

В первую шайку я добавила сероватую слизь, пахнущую хозяйственным мылом. Целых два горшка этого месива стояло на полу и жалеть я не стала – влила щедро и слегка вспенила. Во вторую шайку я не добавляла ничего, в третью выплеснула процеженный отвар ванили и с удовольствием вдохнула знакомый сладковатый запах. Он успокаивал и даже как-то подбадривал меня, напоминая дом, маму, и свежее постельное белье.