Плохая невеста

- Рисса, в-ваше величество…

Эту он не удостоил новыми объяснениями. Пошёл дальше. Третьей и четвёртой - просто кивал!

Когда он добрался до Диалы, та застыла как кролик перед броском прочь. Смотрела на короля, так поджавшись, что мне вдруг захотелось схватить её за руку. И я думала об одном: хватит ли сил скрыть бурю, которая ломает всё в груди?

Миронар отвлёкся от перепуганной брюнетки и переключился на моё лицо. Наверное, это всё нервы, но зал расплылся. Чёткими во всём мире остались лишь несколько его черт: брови вразлёт, острые крылья носа.

Эти проклятые глаза словно светятся изнутри - заревом пылающей в нём силы. Которую он, несомненно, увеличит, взяв себе жену.

Прошла вечность, прежде чем он отвернулся и двинулся дальше, всё с той же полускучающей улыбкой.

- На этом всё, - объявил король, добравшись до конца шеренги. - Леди, тем, кто мне не подошёл сегодня, я не могу предложить ничего в своём дворце. Вашим родным будут высланы вести, и вас отправят назад с теми же удобствами, с которыми доставили.

Зависть кольнула неожиданно. Так просто? Они попадут домой, на свободу?! Но тихий всхлип оборвал мысли, и мне стало до боли стыдно.

Он же опозорил их! Нескольких девчонок, ни за что! Не поговорил, не спросил, не узнал! Не в его вкусе? Но вкус короля диктует моду, и он просто назвал их дурнушками - эта слава прикрепится к ним, будет преследовать по пятам! Кому нужна жена, на которую правитель не потратил и минуты?

Миронар объяснял что-то дальше, но я едва слушала, едва могла удержать слова в голове.

- Оно простое, - улыбнулся король. - У вас будет два дня, чтобы освоиться здесь, узнать друг друга и меня. За это время постарайтесь мне запомниться. Впечатлить меня - в хорошем смысле, разумеется. По окончании срока я назову пятерых, которым это не удалось. Думаю, звучит достаточно просто для начала?

Странная, жестокая и довольная улыбка Шардиса стала последней каплей.

Я чётко поняла в этот момент: я ненавижу это место. Ненавижу их всех. Жестокого советника, затащившего меня на этот “отбор” и явно не намеренного останавливаться. Амейру, которая по-прежнему заглядывала в рот королю. Чёрных рыцарей, безмолвных слуг, красавицу-блондинку, которая явственно улыбнулась, когда король забраковал её соседку.

И, конечно, его самого.