Дочка и отец-одиночка

- Окей, - он беззаботно пожимает плечами и уходит в сторону стоянки такси.

За мной приезжает машина, отправленная Виталиком. Благодарно улыбаюсь его заботе и сажусь в прохладный салон. Легкая тонировка стекол создает здесь приятный полумрак, и я медленно расслабляюсь, разглядывая родной город и все больше проникаясь чувством безопасности. И знаю я все статистики, но даже мысль о полете с самого детства вызывает у меня ужас. Плохо, что Метелин теперь знает о моем слабом месте. Я не могу объяснить, почему это так, но мысль очень настойчивая, а спорить с собственным мозгом я сейчас не способна.

Попадаю в квартиру и ощущаю себя самой счастливой на свете. Тут все знакомое, каждая вещь, запах, освещение. Все на своих местах, мой привычный порядок, стабильность, которой мне так не хватало в последние сутки.

Снимаю туфли, аккуратно ставлю на полку и босиком по чистому полу иду сразу в ванную. Тут мои баночки с ароматным шампунем и кремами. Была бы я героиней какого-нибудь романтического фильма, обязательно бы расплакалась от счастья.

Принимаю ванну, заматываю волосы мягким полотенцем, завариваю ароматный чай и ставлю таймер на полчаса. Я посижу немного, отдохну. Мне очень нужно.

Мелодия уведомления касается моих ушей, когда полотенце падает на плечи с высохших волос.

- Все, теперь нужно заняться делами, - бормочу сама себе.

Привожу себя в порядок, возвращаюсь на кухню и с глупым смешком смотрю на холодильник. Он у нас нормальный, без цепей и замков, но как же это было забавно. Телефон только жаль.

"Я надеваю платье – карандаш, длиной на пару сантиметров ниже колена, черное в белый горошек с круглым воротничком в цвет. К нему удобные лодочки и часы на тонком классическом ремешке из коричневой кожи. Их подарил мне Виталик ещё в начале наших отношений, и я очень дорожу ими.

Внизу меня уже ждет такси. Мчит прямиком к детскому дому.

Только я захожу в здание, как меня тут же встречает нянечка и сообщает, что директор не смогла до меня дозвониться.

- У меня сломался телефон.

- Пройдите, вам все расскажут, - просит няня одиноких деток.

Я прохожу по знакомому коридору к ещё более знакомому кабинету. Вежливо стучу, и вхожу, получив разрешение.

- Наконец-то, Полина Сергеевна! - вскидывает руками директор.

- Что с Тосей? - строго смотрю на женщину.

- Лучше бы спросили, что с нашими нервами, - ворчит она. - Тося наказана. Сидит в чулане…

- Да вы с ума сошли! Выпустите ее оттуда немедленно! - требую я.