Его дерзкий трофей

Моя мама считает влюблённости несусветной блажью, по крайней мере до того момента, пока я не получу свой диплом бакалавра, а это случится через два года, потому что бакалавриат на моей специальности длится пять лет.

Откидываю голову на подголовник и прикрываю глаза.

Я будущий биоинженер.

Нам с ней пришлось очень постараться, чтобы впихнуть меня на бесплатное место, иначе пришлось бы пять лет есть сухари. Сейчас за меня платит бюджет, и в случае чего придётся вернуть ему деньги. В случае, если я, например, не закончу обучение…или…или переведусь куда-нибудь…

Куда? В Казань?!

В груди совершенно новая для меня тяжесть и пустота.

Все было совсем не так каких-то тридцать минут назад. Тридцать минут назад мне казалось, что возможно все, а потом мне как будто дали отрезвляющую пощёчину…

О чём я размечталась?..

Я не знаю о чем думала, когда вляпывалась в Егора Благова. У нас реально никакого будущего. Никогда в жизни у меня так не отключались мозги. Это как раз то, чего мама с детства учила меня остерегаться.

До той роковой ночи, пока он не ворвался в мою жизнь. Голый и великолепный. Он и в одежде может натворить дел, а уж без неё…

Мне очень хочется плакать, но лучше оставить слезы до того момента, пока у этого душераздирающего зрелища не будет зрителей. Плакать для меня в новинку. Не уверена, что смогу сделать это изящно.

Думаю, по возвращении домой у меня проблем с мужчинами больше не будет.

Глубоко вздыхаю и открываю глаза.

Смотрю на Глеба, он смотрит на меня, посасывая сушку. Катя тоже смотрит на меня, повернув голову. Сжимаю губы и отворачиваюсь к окну, за которым уже мелькает вечерняя Москва.

У нас те же самые места, что и в прошлый раз.

Если я считала, что на прошлой игре была оживленная обстановка, то ошибалась. Здесь сегодня просто аншлаг. Это ведь полуфинал кубка.

В этой толпе я его не вижу.

Слишком много людей.

Я вижу его лишь спустя пятнадцать минут, когда игроков начинают представлять по одному, выпуская на площадку. Их фотки мелькают на огромных мониторах.

Моё сердце пропускает удар, и я прижимаюсь губами к макушке Глеба, который сидит на моих коленях.

— Вон он, видишь?.. — шепчу я.