Уходи, но останься... (СИ)

Медсестра извиняется. Клиника не из дешевых. Илья, наверное, крупненькую сумму выложил за мою операцию. Узнаю, сколько стоит, верну…

Ничего мне от него не нужно!

— Там фото упало. Можете поднять?

Фотоснимок в руке медсестры. Скольжу по ненавистному клочку бумаги взглядом, отметив для себя лишь одно: похожи.

— Как вы думаете, сколько лет мальчику?

— Года два, — отвечает не раздумывая.

Два года.

Отец и сын похожи… Финиш. Занавес…

Здесь больше не о чем говорить.

Глава 7

Глава 7

Она

Я много раз встречала выражение «любовь живет три года».

Сколько всего об отношениях я читала, увлекалась этой темой.

Если живет любовь три года, значит, срок нашей любви с Ильей уже истек.

Была ли любовь с его стороны? И если срок моей любви тоже должен истечь, сколько времени потребуется этой любви, чтобы умереть окончательно?

Пока только больно…

Я нахожу в себе силы, чтобы открыть нашу переписку, сразу же посыпались последние сообщения, отправленные Ильей.

Так-то Илья давно заблокирован. Но эти сообщения, полученные последними, я теперь вижу.

Десятки текстовых сообщений, много голосовых, даже видео…

Нет, я не стала ничего читать или слушать из тех сообщений, что были отправлены им после трагедии на день нашей годовщины.

Я отматываю переписку к самому началу, читаю внимательно и чувствую, как становлюсь зрячей.

Раньше была слепой, влюбленно слепой. Глаза были зашорены розовыми очками влюбленности.

Сейчас я чувствую, что впервые смотрю на наши отношения со стороны, более трезво.

Как я раньше не замечала, что с моей стороны всегда было больше эмоций, больше отдачи, больше чувств, восторга, слов…

Перечитываю свои сообщения, меня снова подхватывает горячей рекой, несет бурно точь-в-точь, как в те моменты, когда я писала ему.

Во мне все до сих пор живо, еще горит, только вместо приятного жара чувствую на своем сердце мучительные ожоги.

Дочерна. Все сожжено.

Ниже ответы-сообщения от Ильи. Они такие короткие, скупые.

Раньше я считала, что это особенность его характера. Он с родителями эмоционально далек, с мамой держится так, словно она — его строгий преподаватель, а он — ее нерадивый студент…

Однако теперь я перечитываю его сообщения и смотрю на них иначе, под другим углом. Понимаю, что дело было не в сдержанности Ильи.