Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

Вильгельм избавился от Брюса и взялся за меня.

– Что вы сказали, ваше превосходительство? – графиня Четтер подошла к министру. – Я не ослышалась? Вы назвали её светлость королевой?

– Нет, вы не ослышались, ваша светлость. Его Величество Брюс Первый желает видеть свою супругу, – улыбнулся Бафутс. – И мне оказана великая честь сопроводить королеву во дворец.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим плеском волн за бортом. Все взгляды обратились ко мне, полные изумления и недоверия.

Я чувствовала, как кровь отливает от лица. Королева? Я? Это казалось невероятным, невозможным…

– Неисповедимы твои пути, Господи! – охнула леди Четтер. – А я ведь чувствовала! Я знала!

Графиня повернулась ко мне и присела в реверансе:

– Ваше Величество, позвольте выразить вам мои глубочайшие почтение и преданность.

Леди Робиспью оказалась рядом в считаные секунды и тоже склонилась в глубоком реверансе.

Мои домочадцы молчали, раскрыв рты. Новость шокировала всех.

– Значит, Брюс жив? – тихо спросила я.

Это единственное, что волновало меня последние сутки.

– Жив, здоров и готов управлять нашим королевством, – весело ответил министр. – Позвольте проводить вас к Его Величеству. Он с нетерпением ждёт встречи.

Мое сердце забилось с такой силой, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Жив! Только это для меня имело значение. Остальное отошло на второй план. Я почувствовала, как силы возвращаются ко мне. На глазах выступили слёзы облегчения, и эта несвойственная мне сентиментальность заставила улыбнуться.

– Мы отправляемся немедленно! – воскликнула я, поворачиваясь к семье. – Собирайтесь!

В каюте моментально началась радостная суета. Лишь вдовствующая герцогиня сидела с вытянутым лицом, на котором застыло выражение крайнего изумления. Но длилось это не больше минуты. От её вопля вздрогнул даже министр:

– Я… мать короля?.. Мой сын король?! О Боже! Мой сын коро-о-о-оль!"

"Дорога к дворцу казалась бесконечной.

От волнения не хватало воздуха, и я несколько раз открывала окошко, чтобы вдохнуть полной грудью. Лицо покалывало колючими снежинками, которые сыпались с неба плотной завесой. Студёная тишина окутывала город, замерший в оцепенении и ожидающий известий. Министр рассказал мне, как всё происходило. Но я до сих пор не могла поверить, что Вильгельм мёртв, а Брюс сел на трон. Я королева…

Наконец впереди показались очертания дворца.