Роковая Роксана

- Разве мастерская не опечатана?

- Опечатана.

- Пломба нарушена?

- Нет, - он усмехнулся. – Ладно, в этом вопросе вы победили. Тогда как?..

- Тогда у нас остаётся лишь один вариант – воск был принесён в мастерскую до разоблачения ковена.

- Думаете, Эверетт тоже хотел на кого-нибудь поколдовать?

- Я уверена, что он использовал воск в работе. Но вот где Эверетт взял этот воск – вот главное. Лучше всего ещё раз осмотреть мастерскую. Пока она – единственная наша зацепка.

- Мы вполне можем осмотреть мастерскую завтра, - предложил граф.

- Можно подумать, вас это пугает, - парировала я. – Вы только и делаете, что шокируете моих бедных сограждан.

- Ещё кто кого шокирует, - запротестовал он. – У вас не город, а зона аномалии. Прекрасные и роковые красотки, ведьмы, - граф принялся загибать пальцы, – таинственный колдун, который шлёт угрожающие письма…"

"- Всё-всё, довольно, - остановила я его, возвращаясь к своим записям.

Он замолчал и некоторое время благосклонно наблюдал за мной, пока я делала вид, что увлечена составлением послания королю.

Я чувствовала взгляд графа, хотя смотрела на лист бумаги. И отчётливо видела, как дрожит моя рука.

В какой момент случилось так, что присутствие графа, и даже мысли о нём, начали меня волновать? Ведь когда я встретила его в первый раз, то смотрела на него с усмешкой и любопытством, только и всего.

- Сейчас у вас такой сосредоточенный вид, будто вы решаете сложную математическую задачу, - подал голос граф Бранчефорте. – Так увлеклись отчётом?

Вот ведь… жук ежевичный!.. Словно услышал, что я думаю о нём!

Я медленными, чёткими движениями очистила перо, закупорила чернильницу и сказала так же медленно и чётко:

- Закончу завтра, если вам не к спеху.

- Конечно, не к спеху, - тут же разрешил он. – Отдыхайте, моя дорогая жена.

От этих слов по спине пробежал холодок, а щёки загорелись. Жена… Даже звучит, как насмешка.

Прощаться я не стала, и не пожелала доброй ночи, но когда уже собиралась выйти из гостиной, остановилась и обернулась.

Граф смотрел на меня, и тёмные глаза блеснули при свете свечей.