Перегрин

Твоя жена умрет от счастья, когда подаришь ей!

— Два котла, — уже менее уверенно молвил тавр-отец.

В это время помощник скинул с галеры бронзовый котел емкостью литров пять, по внешнему верхнему краю которого шел барельеф в виде сражающихся копейщиков. Капитан поднял котел, повертел перед носом тавра-отца и предложил:

— Хорошо, я дам тебе этот новенький котел, такой красивый и ценный, и добавлю к нему два рулона материи, чтобы и твой сын побаловал свою жену.

— У него нет жены, — возразил тот.

— Значит, будет.

Продавец не устоял, взял котел.

— Кинь два рулона самой красивой и дорогой красной материи! — крикнул капитан своему помощнику.

Через минуту на гальку рядом с нами упали два рулона дешевой шерстяной ткани, покрашенной в ярко-красный цвет. Даже мне, не шибко хорошо разбиравшемуся в тканях и красителях, было понятно, что ткань линючая, после пары стирок краска уйдет почти вся. Тавры, видимо, разбирались еще хуже, потому что сын жадно схватил оба рулона.

Я несколько раз сжал кисти рук, разминая. Прилила кровь, и они заныли так, будто только что побывали под колесом грузовика. Только сейчас заметил, что пропал перстень. Настолько привык к нему, что обычно не замечал, есть он на пальце или нет, а сейчас вдруг стало так обидно, как будто это самая большая потеря в моей жизни. Надеюсь, тавров при продаже перстня объегорят круче, чем сейчас.

— Проваливайте отсюда, пока я не передумал! — прикрикнул на продавцов-лохов капитан."

"Я смотрел в спины двух придурков, которые могли бы получить за меня по таланту серебра и накупить кучу бронзовых котлов и самых дорогих тканей, и думал о том, что из-за их тупости узнал свою реальную цену — с полсотни драхм. Это с учетом оружия. Без него обошелся бы в пару рулонов ткани. Впрочем, может быть, не так уж и глупо поступили тавры. У меня появилось подозрение, что я не в прежней эпохе, что произошло перемещение.

— Александр Македонский давно умер? — спросил я капитана на греческом языке.

Календари в предыдущую эпоху были разные. Греки большие отрезки времени измеряли по олимпийским играм, а малые по правлениям своих архонтов или тиранов, как персы по правлениям царей.