Перегрин

Ветер был северо-западный, и остров прикрывал нас. Я убедился, что оба якоря держат хорошо, и со спокойной душой пошел спать, приказав разбудить только в случае, если случится что-нибудь. Проснулся сам, потому что приснилось мне что-то тревожное. Я лежал в кровати и пытался вспомнить, что именно снилось, пока не понял, почему мой мозг, нагруженный многовековым морским опытом, подал мне сигнал. Когда судно стоит на якоре, качка килевая, а сейчас была бортовая. Видимо, штормовой ветер нагнал высокую и быструю приливную волну, которая и потащила якоря по грунту.

Когда у якорного каната образовывалась слабина, шхуна поворачивалась бортом к ветру, потом якоря на короткое время цеплялись за грунт, и судно поворачивалось носом к ним. Опытные матросы сразу бы заметили это и разбудили меня. Я забыл, что экипаж из матросов с галер, которые понятия не имеют о тонкостях службы на паруснике.

Когда я вышел из каюты, ветер ревел с такой силой, что заталкивал слова в рот при попытке отдать приказ.

Я жестами показал матросам, чтобы перерубили оба якорные канаты, благо они пеньковые, и приготовили к поднятию брифок, взятый по-штормовому на все рифы. При северо-западном ветре у нас был шанс отжаться от берега, уйти в бушующий океан. Правда, я понятия не имел, далеко ли этот берег. Темно было так, что бак видел с трудом.

По тому, как шхуна резко повернулась бортом к ветру, я догадался, что перерублены оба каната, и скомандовал:

— Ставьте брифок!

Секунд через пять шхуна вздрогнула от удара, печально затрещали доски.

Затем последовал второй удар, третий… Мы, сев на мель, бились о подводные камни. Я услышал, как в оба трюма мощными струями затекает вода.

— Спускай на воду баркас, грузи в него экипаж и плывите к берегу, туда, — показал я рукой.

— А ты? — спросил он."

"— Я вас догоню, — ответил ему и пошел в каюту, чтобы облачиться в доспехи, пристегнуть и привязать к телу оружие, сверху надеть спасательный жилет, изготовленный в период строительства шхуны, благо пробковых дубов пока что много по всему Пиренейскому полуострову, а затем закрепить лямки кожаного мешка с деньгами, едой, флягой, наполненной вином с водой, и всякой мелочевкой, которая пригодится в следующей эпохе, потому что не сомневался, что этот шторм по мою грешную душу.

"