Нарисованные шрамы

— Большой парень?

— Моя главная работа. Я заказала холст для него, его привезут на следующей неделе.

Я наблюдаю за ее работой еще несколько минут, замечая, как она время от времени сужает глаза на какую-то деталь, или как качает головой из стороны в сторону и прикусывает щеку, когда думает. Ее волосы — это беспорядок из спутанных прядей, которые она собрала на макушке и закрепила карандашом. Такое странное создание. Так отличается от женщин, с которыми я привык проводить время. Это освежает и опасно манит.

"— Мне нужно поговорить с тобой, когда ты закончишь, — говорю я, когда мне удается отвести от нее взгляд. — Я буду в гостиной.

— Ага. — Она откладывает готовый набросок в сторону, берет последнее неиспользованное бумажное полотенце и начинает рисовать на нем.

Похоже, меня отложили.

Я заехал в спальню взял ноутбук, и пересев на диван и включаю новости. Я положил правую ногу на стол перед собой, открываю ноутбук на коленях и начинаю просматривать электронную почту. Я уже почти закончил, когда Нина опускается рядом со мной и зевает.

— Извини, я увлеклась. О чем ты хотел поговорить?

Я закрываю ноутбук и поворачиваюсь к ней.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, пока ты здесь.

— Например, пропылесосить и протереть пыль? — Она сморщила нос. — Не помню, чтобы я на это соглашалась. Гладить — это нормально, вытирать пыль тоже, но пылесосить я ненавижу.

— Нужно разместить в доме несколько жучков, чтобы никто не заметил.

Она смотрит на меня со смесью замешательства и отвращения на лице, так что, похоже, я должен уточнить.

— Это очень странная просьба, мистер Петров. Не хотите рассказать подробнее?

— Роман. Пожалуйста, следи за тем, чтобы не оплошать, когда кто-то рядом.

— Я не оплошаю, Роман. — Она улыбается и подмигивает мне. Она, блядь, подмигивает мне.

Я вздыхаю.

— У меня есть основания полагать, что по крайней мере один из тех, кто хотел убить меня и подложил бомбу, находится здесь, в этом доме.

— Что ж, я тронута твое верой в мои возможности, но не уверена, как мне это удастся, если он не смог.

— Потому что, если кто-нибудь увидит, как Максим входит в любую из этих комнат, он поймет, что что-то не так. Но если кто-то поймает тебя, ты всегда сможешь сказать, что заблудилась.