Мельничиха из Тихого Омута

Я поморщилась, но решила не делать замечаний по этому поводу.

- Добрый вечер, хозяин, - отозвалась я мельнику в тон. - Зачем пожаловали?

Он окинул меня взглядом с ног до головы, отвел глаза, прокашлялся и сказал:

- Может, пригласите войти? Я к вам по делу, - подумал и добавил: - Важному.

- Если вы о продаже мельницы, то я вам уже обозначила сроки. Решу в конце месяца... если соберусь продавать.

- А я не насчет продажи, - графский мельник прокашлялся в кулак. - Мы с вашим покойным мужем не слишком ладили.

Даже не новость. Я смотрела на мельника, ожидая, что услышу дальше. А он кряхтел, сопел и кашлял, оттягивая разговор. Наверное, ждал, что я приглашу его в дом. Но вряд ли это разумно, учитывая нашу последнюю встречу.

- К главному, попрошу. К главному переходите, - поторопила я его. - Время позднее, и у вас, и у меня - дела. Не будем тянуть время, господин Чарлтон.

- Ну да, мы же с вами деловые люди, хозяйка, - согласился он и выпалил: - Я тут подумал не досуге. А почему бы вам не выйти за меня?

- Вопрос, скорее в том, почему бы мне это делать? - ответила я быстрее, чем пришла в себя от неожиданного предложения.

"Я так и не пригласила мельника в дом, и теперь делать этого не собиралась, как не собиралась выходить за Закхея Чарлтона, будь он даже хозяином пяти мельниц и грызи золотые зубочистки вместо гусиных.

Окинув мельника почти точно таким же взглядом, каким рассматривал он меня - только с головы до ног, а не наоборот, я оценила и костюмчик с иголочки, и начищенные до блеска сапоги, но ведь ко всему этому прилагался и сам хозяин - рыхлый, как дрожжевое тесто, с толстыми щеками и колючими глазками, с остатками волос на голове и.

- Вы женщина видная, - говорил тем временем господин Закхей, помогая словам руками, отчего стал похож на ветряную мельницу во время бури, - я тоже мужчина холостой и в самом соку. К тому же, муж ваш покойный был человеком хорошим... Вдову такого человека поддержать - доброе дело.

Согласны? - он замолчал и уставился на меня, и руки, только что молотившие в воздухе, замерли на середине жеста.

- Но я не ссорилась с вами и не вредила, - напомнила я ему. - Или вы о себе говорите, господин Чарлтон?

- А-а... э-э... - замычал он, и даже в сумерках стало заметно, как он побагровел.