Мельничиха из Тихого Омута

В этот раз я попробовала не варить лук, а запечь его. Вымыла, разрезала вдоль на четвертинки, не снимая шкурки, щедро полила постным маслом, посолила и разложила в один слой на сковороде, шкуркой вверх. Лук запекался около часа, а потом я вытащила сковороду и сняла пробу. Отлично! В салат - будет просто изумительно! Всё-таки, варёный лук - не самое аппетитное в луковом салате. А вот запеченный...

Особенно хорошо было, что пока мой лук запекался, я могла уделить время другим домашним делам. Вернее, насладиться их отсутствием.

Пока Жонкелии не было, я совершила преступление - разбила несколько яиц, отделила белки от желтков, и из желтков и пары ложек вина сделала чудесный компресс для волос. Наконец-то я распутала и расчесала свою новообретенную гриву, и теперь можно было позаботиться о ней. Я с удовольствием намазала каждую прядку яичным компрессом, завернула волосы в «шишку» на макушке и туго повязала платок. После этой процедуры волосы будут мягкими и шелковистыми, а то надоело ходить с мочалкой на голове. "

"Мурлыкая песенку, я перемыла посуду, замесила тесто для пит и оставила его для расстойки, пошла проверить - крутится ли колесо. Деревянные лопасти весело шлепали по воде, и я долго любовалась на это замечательное зрелище, а потом натаскала и нагрела воды, чтобы вымыть голову.

Когда Жонкелия вернулась с вязанкой хвороста, я уже допекала очередную порцию пит, и как раз подошло тесто для хлеба. Старуха принялась садить в печь большие круглые булки, а я поставила в дальнем углу кухни таз, а рядом - ковш с горячей водой и ведро с холодной.

- Что за баловство? - недовольно заметила Жонкелия. - Сегодня не банный день.

- И зря, - ответила я без обиды, потому что уже привыкла к её постоянному ворчанию. -Неплохо было бы мыться каждый день. Ведь баня у вас есть, только почему-то мы ею не пользуемся.

- Наверное, потому что дров - куры наплакали? - съязвила старуха.

- Купим дров на зиму - и будем жить, как люди, - я навела воды и принялась мыть волосы.

Конечно же, шампуня тут не водилось, а мыло годилось только чтобы стирать -отстирывало оно прекрасно, и так же прекрасно сушило кожу. Зато тут был щёлок. Жонкелия показала, как им пользоваться - воду, настоянную на чистой древесной золе, добавляли в воду для мытья, совсем немного, около чашки. Запах был, как у хозяйственного мыла, но пена получалась очень нежной, шелковистой, только никак не желала смываться.