Красные туманы Полесья

Посему они будут убивать сами, чтобы не стать жертвой.

— Ты долго говорил, Мирон, но сказал хорошо. Значит, евреев поселишь в этом доме. С дантистом будешь работать лично и сам разберешься со всей семьей, когда они будут больше не нужны. Это понятно?

— Понятно, герр штурмбанфюрер.

— Тебе требуется время для подготовки акции в Лозе?

Обычно на подобные вопросы каратель отвечал «нет», но сейчас подумал и сказал:

— Пожалуй, да. Мне надо переговорить с подчиненными.

— Хорошо. Говори после совещания.

— Да, господин штурмбанфюрер.

— Спрашивай. — Комендант присел в кресло, взял в руки остро заточенный карандаш.

— У меня два вопроса, герр комендант.

— Пожалуйста, слушаю.

— Вы сказали, что с моей командой в деревню Лоза поедет командир роты СС.

— Да, и что?

— Извините, зачем?"

"— Во‐первых, гауптштурмфюрер Бонке поедет на бронетранспортере, на котором установлен пулемет «МГ‐34». Во‐вторых, с ним будут четыре солдата роты с автоматами.

— Недалеко от того дома на Береговой проживает мой осведомитель Рогоза. Можно его привлечь к охране.

— Спятил? Твои охранники станут лишними, а ты еще осведомителя хочешь посвятить в наши дела! Никакого Рогозы, понял?

— Так точно!

— Гут.

— Слушаюсь!

В половине седьмого 19 сентября 1941 года в кабинете Фишера собрались бургомистр района, глава управы Роденко, командиры рот гауптштурмфюрер Вилли Бонке и обер-лейтенант Ганс Херман и начальник районной полиции Мирон Калач. Помощник коменданта в звании шарфюрера вывесил на стенд карту района, прицепил на крюк указку, принес стулья.

Участники совещания разместились в кабинете, и штурмбанфюрер Фишер начал постановку задачи по операции «Листопад»:

— Командиру роты СС гауптштурмфюреру Бонке завтра с рассветом отправить один взвод в село Ясино, два других — в деревни Карчеха и Павлинка.

Тот выслушал его и спросил:

— А где мое место, герр штурмбанфюрер?

— Я скажу об этом позже. Как и о действиях в деревне Лоза.