История одной (не)любви

Может, все дело в том, что он темный? Может, именно потому вся ее сущность требует бежать от него?

Но бежать больше некуда. Придется смириться.

А как смириться, если сама мысль об этом вызывает протест?

Дея опустила глаза и крепче сжала ложку. Она не покажет ему свою слабость.

— Я присоединюсь к вам, милорд, как только покормлю сына, — отчеканила голосом пленной королевы.

— Нет, — холодно и бескомпромиссно. — Ваш ребенок будет есть вместе с нами. За общим столом. Поднимайтесь, миледи.

— Но…

В растерянности Дея перевела взгляд на Ноэля.

— Поднимайтесь, — повторил Йеванн, но почему-то не перешагнул порог, остался стоять в коридоре и рассматривать мальчика нечитаемым взглядом, — или мне придется поднять вас самому.

От такого заявления Дея едва не поперхнулась воздухом.

Неужели этот темный на такое способен?

— Вы позволите себе применить силу при ребенке?

Охваченная возмущением, она и сама не заметила, что вскочила.

Йеванн сузил глаза.

— Поверьте, я вас не разочарую, — процедил с издевкой. — У меня хватит дури на все гадости, которые вы от меня ждете.

Захлопнув дверь, он направился вниз в твердой уверенности, что услышит шаги Деи.

Сама же Дея вздрогнула, едва захлопнулась дверь, и бессильно уронила руки. Даже не заметила, что все это время она с силой сжимала кулачки и была напряжена до предела.

Но с уходом Йеванна напряжение спало. Ноги ослабли.

Дея медленно опустилась на пол.

— Мамочка, — подал голос Ноэль, — а я теперь всегда буду кушать здесь?

Игнорируя ложку, он зачерпнул пальцами сладкую кашу и совсем не по-джентельменски облизал их.

Дея перевела взгляд на сына.

Надо взять салфетку, вытереть маленького замарашку, пока он не запачкал ковер…

Впрочем, какая разница?

Что значит какой-то ковер по сравнению с тем, что рушится их счастливая жизнь?

— Идем, — хрипло выдавила она, поднимаясь. — Он прав, нам лучше спуститься в столовую.

Глава 6

Этот ужин стал для Деи настоящей пыткой.

Когда она спустилась, ведя за руку Ноэля, Йеванн уже сидел за столом, а Катарина, пряча глаза, расставляла тарелки.

Дея боялась, что сейчас темный скажет что-то язвительное. Как раз в его духе. Но, вопреки ее ожиданиям, он промолчал. Даже не взглянул в сторону навязанной жены, словно ее не существовало, а обратил все внимание на жареного фазана, украшенного артишоками.

Запах мяса напомнил Дее, что она голодна.