История одной (не)любви

Она следила за Йеванном, а сердце тревожно стучало: сможет ли он укротить эту силу? Сможет ли подчинить себе магию? Или сгорит…

Будто услышав ее мысли, Йеванн перевел взгляд на нее и ответил белозубой улыбкой:

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Ты не можешь знать этого наверняка.

— Я знаю больше, чем тебе кажется.

— Тогда скажи и мне! Успокой меня!

— Помнишь, ты обещала довериться? Так доверься.

Дея хотела возразить, но вмешался Наарх.

— Ладно, дети, — проворчал он, подавляя зевок, — пора закругляться. Желаю вам крепко спать этой ночью.

И да, — добавил, перед тем, как исчезнуть, — доверяй своему эшхару, это лучшее, что ты можешь сделать.

— Доверяй своему — кому? — Дея сопроводила его исчезновение недоуменным взглядом.

Йеванн стряхнул пальцев сноп огненных искр, шагнул к ней и обнял за плечи. Она задрожала, услышав, как он наклоняется к ней, вдыхает ее аромат и шепчет на ухо чувственным хриплым тоном:

— Мужчине. Своему мужчине, госпожа-ворожея.

* * *В эту ночь Дея услышала еще много красивых слов, сказанных на языке Альдарика.

У нее не было времени узнать перевод, но сердце и так подсказало, что именно хотел сказать Йеванн, когда бормотал их, перемежая с поцелуями. Или когда нежно входил в нее, или когда заставлял кричать от страсти.

Она уже не боялась, что кто-то из обитателей домика услышит ее стоны и крики. Знала, Йеванн не даст ни единому звуку просочиться из спальни. Ее демон щепетилен в вопросах, что касаются их двоих.

Наступившее утро застало ее в объятиях любимого мужчины.

Да, именно любимого. Теперь Дея могла признаться в этом хотя бы себе. Но хватит ли у нее сил и смелости сказать о своих чувствах открыто?

Почувствовав, что она проснулась, Йеванн тоже открыл глаза. Приподнялся на локте, так что светлые волосы рассыпались по его плечам, и заглянул ей в лицо. От обольстительной улыбки, что играла у него на губах, по Дее прошлась сладкая судорога.

— Доброе утро, моя дакши, — шепнул демон и, склонившись, прикоснулся губами к ее губам. Горячая ладонь скользнула по ее телу, слегка сжала грудь.

 — Как спалось?

— Лучше не бывает! — выдохнула, подхватывая его игривый тон.

В глазах супруга Дея видела только восхищение, бесконечную нежность и заботу. И она уже открыла рот, собираясь признаться в своих чувствах, как в дверь постучали, при чем отнюдь не деликатно, и раскатистый голос, способный поднять и мертвого, прокричал:

— Эй, голубки! Подъем! В Альдарике нанежитесь!

Дея вздрогнула, инстинктивно вжимаясь в мужа.