Акцентор

Я даже представить себе не мог, что однажды буду повсюду искать запах Элеонор.

– Аарон?

Я обхватываю ее лицо ладонями, чтобы сконцентрировать ее внимание только на мне.

– Скажи это еще раз, – прошу я тихо.

– Сказать что?

– Мое имя.

Она моргает, не понимая моей реакции, а затем послушно бормочет:

– Аарон… Кстати, ты стал таким высоким!

Я сажусь на скамью, зная, что, если я не начну ощущать Эль ближе, у меня появится желание сделать что-то безумное. Даже отвратительное.

Мои пальцы сжимаются на ее запястье и тянут так, что она оказывается на моих коленях.

А затем я крепко обнимаю ее, зарываясь лицом в ее волосы… дрожа в ее объятиях и с наслаждением слушая, как стучит чересчур большое сердце, резонируя в такт с моим.

Она здесь. Она здесь. Она здесь. Так близко."

"Ее шея краснеет, и я клянусь, Эль повторяет за мной вздох облегчения.

– Ты скучала?

– А ты?

Слегка отстранившись, я жадно смотрю на ее лицо, на моих губах играет улыбка. У нее появилась крошечная родинка на щеке. И оттенок глаз стал немного темнее.

Это восхитительно.

– Я спросил первый, ангел.

Она вздыхает.

– Конечно, я скучала.

Я широко улыбаюсь, вызывая в ней еще один странный вздох.

– Значит ты меня любишь? Помню в прошлый раз ты… – моя фраза обрывается, когда она бьет маленьким кулаком по моему плечу.

– Боже мой. Я говорила, что люблю цветы, а не тебя.

Маленькая лгунья.

– Скажи это громче. Что ты любишь, Элеонор?

Очаровательный ангел вскидывает подбородок, наконец повышая громкость своего волшебного голоса:

– Я люблю лютики, потому что они красивые.

И пауков, потому что их никто не любит.

– Хорошо.

– Хорошо… – Она слегка колеблется, когда спрашивает: – Как прошло твое лето?

Я не хочу ее расстраивать, на самом деле из-за новых лекарств моя голова кружится и меня тошнит, но я все равно улыбаюсь, когда вру ей прямо в лицо:

– Отлично. А твое?

– Не очень.

Она отводит взгляд, и отвратительное чувство ползет по моему позвоночнику.

– Будь конкретнее.

– Мама хочет переехать в Чикаго к дедушке.

А папа хочет отдать меня в закрытый пансионат в Шотландии – через три года я начну подходить по возрасту. Папочка сказал, что там учатся принцы и принцессы, но я не хочу… – она прикусывает губу, ее взгляд снова встречается с моим.

– Закончи фразу, – командую я.

В Чикаго.

Она сказала Чикаго?

Я стараюсь дышать размеренно, и мышка ойкает, когда моя хватка становится сильнее.

– Больно!

Не пугай ее, черт побери.

– Прости. Закончи предложение, Элеонор.