Злодейка чужого мира (СИ)

— Нужно делать это ежедневно, — шепнул, потому что голос охрип и перестал слушаться.

— Да, — протяжно согласилась Ясмин. — Делай это ежедневно, пожалуйста.

Она не перевернулась и не сделала ни единой попытки перехватить его руки, даже не взглянула. И, что гораздо смешнее, стала засыпать.

«Разлюбила», — мелькнуло в голове.

И вместо радости вдруг почувствовал темноту, в которой никого не осталось.

***

Новый день она встретила в пять утра.

Ночью до неё добрались те самые разрекламированные дорожным дневником люфтоцветы, засели в ее каморке и светили своими мерзкими чашелистиками в самое лицо.

И это была плохая новость. Но была и хорошая."

"Память Ясмин бесконтрольно восстанавливалась во снах, и сегодня она получила немного новых данных.

Например, метку нельзя отнять силой, взять в честном бою, выиграть на спор или дать подержать. Метка, завязанная на жизнь временного владельца, скромно выполняла сразу две функции — охраняла жизнь владельца и одновременно гарантировала его верность ведомству.

Она даже помнила клятву, которую Примул накладывает на владельца метки.

В случае смерти владельца метка автоматически гаснет, в случае насилия — гаснет, если метку изъяли случайно, владелец снял ее добровольно или вроде как обронил — гаснет. И вообще, метка гаснет в любом случае, едва оказывается вне тела владельца. Метка снимается автоматически в случае ее полного использования, а техническая функция у неё одна — вернуть группу в ведомство со всем заполученным скарбом.

Благодаря этому сну, Ясмин сумела обнаружить и саму метку.

Та лежала круглым камнем в самой груди и не откликалась на зов, как мертвая. Она попыталась взять ее насильно, но метка словно выскальзывала из рук. Спустя час мучений, Ясмин сменила тактику. Попросила ее выйти из тела добровольно и как-нибудь уже начать отрабатывать паразитическое существованием. В ответ метка сбавила свечение и, как показалось Ясмин, забралась поглубже. На физические (очень скромные) манипуляции метка также не реагировала. Возможно, для контакта требовался ритуал, вроде трёх поклонов на запад или танца Северного лепестка… Она даже попробовала поговорить с меткой, но та, наверное, сочла ее сумасшедшей. Метка просто тихо сидела в груди и жрала энергии, как ядерный реактор.

Хорошо было только одно. Ее никто не убьёт. Метка умрет вместе с ней, и вместе с ней же в Чернотайе останется группа исследовательского ведомства, за которой никто не вернется. Чернотайя так не работает. Одна метка — одна группа.

Это правило.