Синий бант

Ваня в ответ лишь присвистнул.

Она на ходу поцеловала в щеку маму, схватила с крючка верхнюю одежду, уже обуваясь, поприветствовала отца, который только-только зашел в дом, и выбежала на лестничную клетку под крик брата: «Передавай привет Ромео!»

– Это она куда? – поинтересовался Тобольцев, провожая взглядом дочь, прежде чем закрыть дверь.

– На свидание.

– В таком виде?

– Ее пригласили на балет в Большой театр, – ответила Дуня, все еще держа в руках лак для волос.

– Однако.

Она смотрела на дверь таким взглядом – завороженным, что вопрос сам слетел с языка:

– Дуня, что случилось?

– Она влюбилась, – последовал ответ, и взгляд наконец переместился на мужа.

 – Наша дочь влюбилась.

– Нашла в кого, – проворчал Ваня.

– В кого?

Две пары родительских глаз внимательно смотрели на сына в ожидании ответа. И что им сказать? И вообще, с чего он взял, что знает ухажера Таньки, да и мало ли в Москве… зеленых спортивных «мерседесов»?

– В Монтекки! – торжественно произнес Ваня, помахав для наглядности книгой.

* * *С ним все было не так, как с другими.

Совсем не так. К своим двадцати четырем Таня решила, что знает о мужчинах если не все, то многое. Она рано начала нравиться, у нее был большой опыт свиданий, самых разных, и с каждым очередным становилось все скучнее и скучнее. Ничего нового, все одинаковое, предсказуемое, и поклонники быстро надоедали и получали отставку. Ей просто было неинтересно.

С ним все не так. И никогда не знаешь, что дальше. Что сделает, что скажет, как поведет себя. Это интриговало, затягивало и… довело до свидания.

В Большом театре.

Никому из ее бывших поклонников даже в голову не пришло бы пригласить девушку в такое место. По дороге Таня слушала рассказ о том, что балет был написан в 1936 году, а его премьера впервые прошла в Чехии и только через несколько лет – в СССР, и первой Джульеттой стала легендарная Уланова. Он не читал заученную лекцию, не пытался произвести впечатление – просто рассказывал. И Таня слушала. И вдруг поняла, что ей нравится тембр его голоса – тоже необычный, обволакивающий.

"

"«Мерседес» остановился недалеко от театра. Вскоре дверь с ее стороны открылась, Таня увидела перед собой протянутую руку и вспомнила, как давным-давно, в детстве, считала себя всамделишной принцессой. И вот сейчас она снова вдруг почувствовала себя ею.

Элегантное платье, красивая прическа, протянутая мужская рука и впереди – залитый огнями Большой.

Что-то прошлось внутри легкой волной, а потом замерло. Наверное, предвкушение.