Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

— Тогда скажи: чего же ты боишься?

— Ничего я не боюсь, — хмурюсь я, не понимая, к чему она клонит.

— Нет. Боишься признать очевидное, — её голос понижается до шёпота. Она делает движение навстречу. Её ладони ложатся на мои плечи, и она приподнимается на носочки, оказываясь так близко, что я чувствую её дыхание. — Я могла бы уберечь тебя от Бертосов, помочь занять трон. Но ты…

— Мне не нужна помощь, — резко отстраняюсь. — Тебе бы лучше позаботиться об Атертоне и вашем ребёнке.

— Ревнуешь? — Её губы растягиваются в лёгкой улыбке, взгляд теплеет, но насмешка никуда не исчезает.

— Если бы ты пришёл, когда я звала, ты бы узнал мою тайну.

Она снова подаётся вперёд.

— Какую тайну?

— Что никакого ребёнка нет, — тихо произносит она, и её глаза вспыхивают задорным огнём.

— Да ну? — Я невольно опускаю взгляд на её круглый живот.

— Подушка, — с лёгким смешком поясняет она, улавливая моё замешательство. — Это лишь роль. Для Атертона.

Она делает шаг назад, будто смакуя каждую секунду моей растерянности.

Её улыбка становится шире.

— Знаешь, в чём твоя проблема, Ривен? Ты не столько игнорируешь очевидное, сколько боишься правды.

— И какова же правда? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Что мы созданы друг для друга. Но ты не хочешь этого замечать. И что твой брат совсем не годится для власти. Он слишком мягок, в нём нет драконьего огня. Артефакт вашей семьи ему не поможет. Сломанному никогда не стать полноценным драконорождённым.

— Тебе-то что за дело? — огрызаюсь я.

— Я не просил совета по поводу семьи. И не собираюсь занимать трон, так что я очень плохая цель для твоих интриг. Если с братом что-нибудь случится, корона уйдёт побочной ветке — меня она не касается. Я не надену корону ни при каких обстоятельствах. Понимаешь?

— Посмотрим, Ривен.

Мы сверлим друг друга взглядом, пока я, наконец, не говорю:

— И всё же за то, что вы с Атертоном сделали с Ирис, придётся ответить. У тебя ещё есть время позаботиться о том, чтобы не остаться крайней.

Когда правда всплывёт, будет слишком поздно.

— А что с Ирис? — отвечает она с вызовом, скрещивая руки на груди. — Кажется, всё в порядке. Я позаботилась о ней, отдав Сиару.

— Не понимаю, — хмурюсь я, вглядываясь в лицо Кэтрин. — Зачем всё это? Притворяться беременной, марать своё имя, признавая перед всеми, что ты любовница Атертона. Ради чего? Это ведь должно быть что-то весомое…

— Ради тебя, Ривен. Я…

Её голос дрожит, но фраза так и остаётся незаконченной.