На волнах оригами

То, что около подъезда постоянно собирается молодежная компания, которая шумит и мусорит, ей порядком надоело, и потому забор с лавками был обмазан этакой липкой смесью, напоминающей нечто среднее между клейстером и клеем «Момент».

Келла угодил штанами прямо на эту потрясающую смесь, и, конечно же, настроение это ему не повысило. Он был так зол, что Кей даже не стал смеяться в голос, пряча улыбку за костяшками пальцев, которые прижал к губам. Веста же смотрела на шипящего проклятья синеволосого музыканта с некоторым изумлением.

– Просто он употребляет, – просветил ее фронтмен «На краю», пока друг не слышал. – Нестабильное настроение, все дела. Не бери в голову.

Келла все же нервно покурил, и они сели в машину, правда, везти Весту к себе барабанщику уже не хотелось. Он совсем остыл. Спросил только адрес черноволосой девушки и всю дорогу молчал, играя во что-то в телефоне и изредка чертыхаясь. Зато разговаривали водитель и Кей, и Веста внимательно слушала их, словно запоминая.

– Я тебе позвоню, – лениво сообщил Келла, когда машина затормозила около ее дома в одном из спальных районов города.

– Но ты же не знаешь мой номер, – приподняла бровь Веста, а синеволосый лишь расхохотался в ответ.

Он протянул ей свой телефон.

– Забей номерок, малыш. Запиши себя Готической Деткой. Чтобы я запомнил.

– Как скажешь, – улыбнулась в ответ девушка."

"Ее взгляд встретился со взглядом Кея, который смотрел на нее через зеркало заднего вида, и Веста неожиданно улыбнулась – не соблазнительно или вызывающе, как Келле, а совсем иначе – тонко, с долей иронии.

Вскоре она покинула машину и направилась к крайнему подъезду безликой высотки со спящим двором.

– Она мне не нравится, – сказал Кей задумчиво.

– Фанатка, которой не обломилось, – только и сказал Келла, забыв, как неистово хотел оказаться с Вестой наедине.

Чертова Журавль.

* * *Помахав на прощание музыкантам, Веста зашла в подъезд, поднялась до второго этажа и аккуратно выглянула в окно, чтобы увидеть, как уезжает их машина.

– Высокомерные придурки, – усмехнулась, впрочем, не зло, девушка.

Проводив автомобиль взглядом, она вытащила пакет, спрятанный за батареей в укромном местечке, сняла порядком надоевший парик и наскоро переоделась в шорты и простую футболку. Туфли на огромных каблуках сменились легкими летними балетками. От косметики Веста избавилась с помощью пенки для снятия макияжа.

Вместо роковой готической красавицы на улицу вышла симпатичная девушка с темно-каштановым растрепанным каре.