За тобой

Что уж говорить о самой госпитализации? Выписалась — и выписалась. Врач рекомендации дал и на том снял с себя ответственность. Дальше, как говорится, творите, что хотите. Другое дело, что после жестокого изнасилования в голову ничего хорошего не лезет. И не надо быть психологом его уровня, чтобы догадаться, на какие именно действия может подтолкнуть полученная в результате насилия травма… А вот для того, чтобы осознать, что не всё в той ситуации так гладко, нужно было всё же иметь какие-никакие навыки.

Давид читал людей влёгкую. Именно поэтому его привлекали к работе на самом высоком уровне. Когда какой-нибудь шишке из правительства или администрации надо было «вычитать» человека. Понять, на что он вообще способен, и с какой стороны к нему лучше подойти. Обычно это всё ему давалось легко, но бывали и занимательные случаи. Интересные личности, к которым вот так сходу было не подобраться. Как, например, Бэлла. А вот что касается её подружки, Кати, всё было гораздо прозаичнее. По её реакции на случившееся Давид легко вычислил, что она с таким сталкивается не впервой. И это ему давало пищу для размышлений. Кем была эта самая Катя? И Бэлла… что для него, в общем-то, было гораздо более любопытно."

"Давид прикатил домой, выбрался из машины. Погода менялась хоть и в лучшую сторону, его застарелым травмам было на то плевать. Кости ныли одинаково, хоть на холод, хоть на жару. Он уже перестал жалеть, что из-за этих самых травм ему был заказан путь в операционную, но вот с внезапными вспышками боли даже по прошествии лет смириться было довольно сложно.

Уж слишком те портили его жизнь. Нет, конечно, Давид мог закинуться лошадиной дозой обезболивающих. Но будучи сам врачом, он слишком хорошо понимал, что кто бы что ни говорил, от них довольно легко поймать зависимость. Поэтому, когда можно было, он терпел. Ходил потревоженным медведем из угла в угол. Или принимался за какую-нибудь работу, чтобы отвлечься. Но это помогало далеко не всегда. Осознав, что ему предстоит ещё один такой вечер, Давид помедлил. Может, лучше тогда пройтись? Его дом был частью огромного жилищного комплекса, в котором имелась даже своя красивая набережная. Пока он размышлял, как лучше поступить, из кофейни на первом этаже выпорхнула стайка подростков. Запахло сдобой, вкусным кофе и корицей.