Семь Нагибов на версту часть 4

Вляпавшись в преступление вроде воровства из магазина или общественные беспорядки, такие люди именуют это «юношеская неосторожность». Провалившись на экзамене, заявляют, что школа — это не просто место для учёбы. Прикрываясь «юностью», они плюют на мораль и нормы поведения.

Неосмотрительность, проступки, тайны, враньё и даже собственные провалы для них всего лишь проявление юности. На своём порочном пути они считают свои провалы естественным доказательством юности, а провалы окружающих для них лишь провалы — и ничего больше.

Если провалы — это проявление юности, не следует ли считать, что неумение заводить друзей — это тоже признак юности? Но конечно же, они так не считают. Ерунда. Всё это всего лишь результат их оппортунизма. А значит, позор. Тех, кто полон вранья, тайн и обмана, следует презирать.

Они — зло.

Иначе говоря, как бы иронично это ни звучало, истинно добродетельны те, кто не радуется своей юности.

Мы не радовались. Мы вообще не умели улыбаться, если этого не требовало от нас задание.

Свободное время, которого было безумно мало, мы проводили в медитациях, отправляя свой дух туда, к звездам, пытаясь постичь через их созерцание их величие. Их холодность и отстраненность манила.

Так, вернувшись, я стал преподавателем, а со временем и приближенным старца. Многие тайны открылись мне, многие знания о мироустройстве. О чем-то я знал, о чем-то догадывался, а что-то было для меня откровением."

"Так я узнал, как в наш мир пришли демоны, о том, кто их призвал и с какой целью.

Нет, наша школа с ними не боролась. Более того, наши с ними силы были схожи. И нет, никакой магии — но все остальное будто было копией. Неудачной, извращенной, но копией.

Пришлось мне пару раз столкнуться с ними, когда я выполнял особо пикантные задания старца — один раз разошлись без жертв, а вот во второй сцепились в драке, из которой я вышел победителем. Тогда же, как я узнал, стали зарождаться школы, подобные нашей, по всему миру.

Они боролись с пришлыми. Мы следили за ними, но не вмешивались в их развитие. У нас были иные цели.

На дворе стоял двенадцатый век, границы перекраивались, старые страны исчезали и им на смену приходили новые. Менялось все, кроме нашей школы и старца, чьего имени я так и не узнал. Да и вообще, видел всего один раз и то издалека. Нет, имен у него было много, но какое было верным, я не знал.