Расплачивайся. Сейчас.

Тут все было в свежих цветах. Нежных, красивых, но вызывающих у меня лишь отвращение.

Метео усадил меня на диван и сел радом, положив руку на мою коленку. Он вел себя так, словно этот дом принадлежал ему, но, смотря на Лонго я ощущала в нем ту мрачность, которую в Матео раньше не видела. Она чернотой проходила по душе. Давящей тяжестью заполняла пространство и казалась по-настоящему ужасной.

- Приведите сюда хозяев дома, - Лонго отдал приказ тем мужчинам, которые сейчас находились в холле.

Одна из служанок, выйдя из коридора, испуганно посмотрела на нас.

- Прислуге не причинять вред. Заприте их на кухне, - безразлично сказал Лонго и мужчины тут же выполнили его приказы. Без единого лишнего движения или шума. Жестко. Жутко.

Не прошло и трех минут, как послышались визги. Это был голос мачехи, доносящийся со второго этажа.

- Да как вы смеете! Кто вы вообще такие? Отпустите немедленно! Моя охрана вас… – подобных слов было множество.

Но мужчины явно не обращали внимания на ее крики и уже вскоре спустили Илерию вниз так, словно она являлась тряпичной куклой. И, если бы ее не удерживали, мачеха, наверное, уже несколько раз упала бы с лестницы.

Ее протащили по холлу и поставили на колени в одном метре от дивана. Наверное, Илерия как раз вовсю готовилась к празднику. Прическа уже сделана, но сейчас пряди торчали в разные стороны. Возможно, ее как раз красил визажист, ведь была сделана лишь часть макияжа – губы и один глаз.

Лицо мачехи было перекошенным. Непониманием, ужасом, гневом, но, стоило ей увидеть меня, как ее черты вовсе исказились.

- Мирела? Что это вообще значит? Да ты хоть знаешь, что с тобой за такое будет, ты мелкая дрань! – уже теперь ее голос исходил едкой яростью. Мачеха резко попыталась подняться на ноги, но мужчина, стоящий за ее спиной, грубо надавил ей на плечо, заставляя рухнуть обратно.

- Это мои люди и тебе стоит разговаривать со мной, - ледяной, тяжелый голос Матео разрезал атмосферу в холле. Заставляя мачеху вздрогнуть и посмотреть на него. Насколько же сильно изменился ее взгляд. Губы дрогнули. Эмоции на лице поплыли.

- Ты… - произнесла она лишь одними губами.

- Знаешь, кто я?

- Да… О тебе теперь говорят больше, чем о твоем отце. Матео Лонго, - произнесла мачеха на выдохе.